Первая жертва атомной бомбы: как Оппенгеймер превратил жизнь американки Барбары Кент в ад

Летом 1945 года Барбара Кент присоединилась к танцевальному лагерю Кармадеан в пустыне недалеко от Руидосо, штат Нью-Мексико. Днем она и девять других девочек учились чечетке и балету. Ночью спали в хижине у реки. Ранним утром 16 июля 1945 года, по словам Кент, ее — тогда ей было 13 лет — и других девочек буквально выбросило из кроватей мощнейшим взрывом. Их вывели на улицу, где уже шел "снег", рассказывает NZZ.

"Мы все были просто в шоке… а потом вдруг над головой появилось огромное облако, и в небе засияли огни. У нас даже глаза болели, когда мы смотрели вверх. Все небо стало каким-то странным. Как будто солнце выглянуло во всей красе", — вспоминает Барбара.

Снегопад был единственным объяснением, которое 13-летняя девочка и ее подруги могли придумать для того, что произошло утром 16 июля 1945. Девочки пытались поймать снежинки, растирая их по лицу и рукам и бегали в купальниках среди радиоактивных осадков. 

"Странно было то, что вместо холода, как от снега, было жарко. И мы все подумали: "Ну, жара потому, что лето". Нам было всего 13 лет", - рассказала Барбара.

На следующий день американские военные вызвали всех жителей в центр города; учительница танцев и девочки тоже присутствовали. Представитель объяснил им странные события предыдущего дня: неподалеку взорвался склад боеприпасов, отсюда и взрыв, и яркий свет. В результате взрыва остался только пепел. Никто не пострадал и не погиб.

"Мы недоумевали, зачем военные послали кого-то, если все было в порядке", — вспоминает Кент.

Но американские военные преднамеренно распространяли ложную информацию о бомбе.

"Манхэттенский проект" Роберта Оппенгеймера — взрыв атомной бомбы скрыли от местных жителей

Чиновники хотели скрыть от местных жителей то, что на самом деле произошло ранним утром 16 июля: первое в истории человечества испытание атомной бомбы. Это стало кульминацией многолетней, совершенно секретной исследовательской программы "Манхэттенский проект".

Вблизи Аламогордо, посреди пустыни Нью-Мексико, американские военные взорвали огромную бомбу из радиоактивного плутония на высоте 30 метров. Три фунта бомбы взорвались, а оставшиеся десять рассеялись в атмосфере. Мощность взрыва превзошла все мыслимые пределы. Она была настолько огромной, что образовалось грибовидное облако высотой 12 000 метров. Яркий свет взрыва был виден за сотни километров.

С военной точки зрения, испытание прошло успешно. 6 августа американцы сначала сбросили урановую бомбу на японский город Хиросиму, а затем, 9 августа, плутониевую бомбу на Нагасаки — аналогичную той, которую они ранее испытывали в пустыне Нью-Мексико. Погибло до 200 000 человек. Вскоре после этого Япония капитулировала, и Вторая мировая война закончилась.

В радиообращении 6 августа президент Гарри Трумэн рассказал американцам о секретной атомной программе, разработанной в Нью-Мексико. Он также упомянул о "предшествующем испытании взрыва в американской пустыне". Послание было ясным: американцы должны гордиться тем, что именно они положили начало ядерной эре.

Но жителей Нью-Мексико не эвакуировали, не запретили пить дождевую воду и молоко от зараженных коров.

Насколько далеко распространяется радиоактивное излучение, как долго оно сохраняется и какой долгосрочный вред оно наносит человеческому организму — на тот момент никаких исследований по этому поводу не проводилось.

"Ни у кого не было опыта в подобных ситуациях; мы просто надеялись, что ситуация не станет слишком критической", — признался Луис Хемпельманн, один из медицинских директоров "Манхэттенского проекта", в интервью много лет спустя.

Американский физик Роберт Оппенгеймер и генерал Лесли Гровс, — руководители "Манхэттенского проекта", — безусловно, подозревали, что гражданское население "вероятно, подверглось чрезмерному облучению" радиацией во время испытаний атомной бомбы, но как говорил Хемпельман, они надеялись, что все "сойдет им с рук".

Атомная бомба Оппенгеймера обрушила радиоактивные осадки на сотни тысяч американцев

На самом деле, последствия "Тринити", как ученые назвали первое испытание атомной бомбы, оказались более разрушительными, чем ожидалось. Грибовидное облако, наполненное плутонием, раскололось в воздухе: одна часть дрейфовала на север, в сторону Канады, другая — на восток, до Нью-Йорка, расположенного в 3200 километрах. Третья часть дрейфовала на юго-восток, к Руидосо, в 45 километрах, где Барбара Кент и ее друзья каждый день играли на улице в то время.

Последствия стали очевидны лишь спустя годы, когда они стали женщинами, захотели иметь детей и были в расцвете сил.

"Никто из них не дожил до сорока лет, — говорит Барбара Кент, — у всех них обнаружили ту или иную форму рака". Их учительница танцев также скончалась от рака. У матери Кент обнаружили рак груди, а затем она умерла от опухоли мозга, как и ее брат Бобби.

Жизнь самой Барбары Кент также была омрачена последствиями радиационного облучения. У нее развился рак кожи и лейкемия, а из-за опухолей ей пришлось удалить щитовидную железу и матку. Она родила трех здоровых девочек, но также пережила два выкидыша и один ребенок родился мертвым.

Сегодня врачам известно, что даже самые незначительные количества плутония крайне токсичны, особенно при вдыхании. Они могут оседать в костях и органах и вызывать рак спустя годы.

Плутоний также может изменять генетический материал и мутация может передаваться следующему поколению. Вопрос о том, приводит ли это также к раку, все еще изучается медицинскими специалистами. Обе дочери Барбары Кент болели раком, одна из них умерла. Обе внучки регулярно проверяются.

95-летняя женщина уже не помнит точно, когда поняла, что ее рак связан с тем днем ​​в июле 1945 года. Лишь спустя годы она осознала, что все ее болезни были вызваны радиационным облучением.

Другие семьи постигла аналогичная участь. За три месяца после испытания атомной бомбы младенческая смертность в Нью-Мексико выросла на 56 процентов. У многих детей из этого региона впоследствии развилась лейкемия . Уровень заболеваемости раком также значительно вырос среди взрослых.

Лишь в 2010 году Центр по контролю и профилактике заболеваний (CDC) в шестисотстраничном отчете о катастрофе на АЭС "Тринити" признал, что население некоторых районов Нью-Мексико подверглось воздействию радиации в 10 000 раз превышающей допустимый в настоящее время уровень.

Барбара Кент и другие жертвы взрыва "Тринити" не имеют права на компенсацию

Даже спустя восемьдесят лет после взрыва "Тринити"эта тема редко обсуждается. В Лос-Аламосе, бывшей секретной лаборатории ученых Манхэттенского проекта, основное внимание уделяется празднованию научного достижения "А-бомбы". Город посвятил три музея взрыву, но ни один из них не упоминает о "жителях, находившихся по ветру" — людях, которые жили по направлению ветра от полигона и неосознанно подвергались воздействию радиоактивного излучения. Также нет упоминания о последствиях для здоровья шахтеров, добывавших уран и плутоний для бомб.

С окончанием Второй мировой войны в США по-настоящему началась ядерная программа. Новые бомбы испытывались в атмосфере, под землей и под водой. С одним важным отличием: по рекомендации медицинских руководителей Манхэттенского проекта, все, кто находился в радиусе 240 километров от места ядерного испытания, были эвакуированы.

Только после окончания холодной войны Конгресс ввел мораторий на ядерные испытания. Для компенсации пострадавшим в 1990 году был принят закон, получивший название "Закон о компенсации за радиационное облучение", или RECA. Он предусматривал выплату тысяч долларов пострадавшим и шахтерам в качестве компенсации за проблемы со здоровьем, связанные с радиацией.

Однако RECA охватывала только ядерные испытания, проведенные с 1946 года. Жертвы "Тринити", такие, как Барбара Кент, были исключены из списка. Причина: ядерная программа была совершенно секретной в 1945 году, поэтому ни радиационное облучение, ни ущерб здоровью не были задокументированы. Отсутствовали формальные доказательства, с помощью которых местные жители могли бы заявить о своих претензиях.

На протяжении десятилетий группы жертв в Нью-Мексико боролись против этой несправедливости. Только в июле 2025 года им удалось добиться успеха: в рамках реформаторского пакета "Один большой прекрасный законопроект" Конгресс выделил специальные средства: единовременную, не облагаемую налогом компенсацию в размере 100 000 долларов каждой жертве трагедии атомного взрыва или их потомкам.

Но Барбара Кент по-прежнему исключена из числа получателей компенсации. Жители Техаса, проживавшие там в то время, не получат компенсацию, даже в расширенной версии программы RECA.

Кент и другие говорят, что им "так и не удалось получить внятный ответ" на вопрос, почему гражданские лица, пострадавшие от радиоактивных осадков, были исключены из действия закона: "Даже от людей, которые в то время работали в Конгрессе, мне говорили: "Ну, никто не связывал факты с тем, что кто-то пострадал".

Штат был признан слишком удаленным от места взрыва. А Барбара Кент, ее мать и брат в тот день только гостили там. Тем не менее, семья Кент сейчас пытается получить компенсацию – отчасти потому, что сохранилась ее фотография, сделанная в Нью-Мексико утром 16 июля 1945 года.

"Дело не в деньгах, — подчеркивает Барбара Кент в интервью. — Дело в признании того, что ядерное испытание сделало с моей жизнью. Я потеряла друзей, мать, брата и, прежде всего, ребенка. Я просто хотела бы, чтобы "Тринити" никогда не было".

А Фокус писал о самом странном тренде ядерной эры: моде на ядерный туризм и конкурсах красоты "Мисс атомная бомба".