Путь воды Джеймса Кэмерона: как технологии догоняли фантазию художника

Американский режиссер канадского происхождения Джеймс Кэмерон не нуждается в лишних рекомендациях. Его "Титаник" — один из самых выдающихся фильмов ХХ века, наряду с такими монументальными киноэпосами, как "Унесенные ветром", "Бен-Гур" или "Лоуренс Аравийский". Мы привыкли воспринимать Кэмерон как технократа, который ради изображения фантастических миров конструирует самые передовые технологии. Парадокс состоит в том, что источник его вдохновения часто лежит на противоположном полюсе — в природе, прежде всего в водной стихии. В конце концов, его одержимость вышла далеко за пределы кино и привела к созданию уникальных батискафов и пилотируемых глубоководных аппаратов. К 72-му дню рождения режиссера кинокритик Алексей Росовецкий размышляет, какую роль играет океан в фильмах Кэмерона и почему эта стихия так важна для понимания его мифов.

Кэмерон – один из создателей современного высокотехнологичного блокбастера. Как настоящий архитектор массовой культуры, вот уже почти полвека он вдохновенно создает мифологию нашего времени.

В его фильмах действие часто разворачивается посреди водной стихии: Атлантический океан в "Титанике", Карибское море в "Бездне" и "Пиранье 2: Нерест", фантастический океан Пандоры в "Аватаре. Пути воды". Вода в его фильмах чаще всего — это метафора превобытной стихии, которая смывает с человека высокомерие и побеждает в итоге нашу самоуверенность. Это водораздел между привычным нам миром и полной неизвестностью: погружение в воду часто означает для героев Кэмерона переход к познанию и духовному опыту. В "Бездне" на самом дне океана люди находят высший разум , а в "Аватаре" океан — это единая нервная система планеты.

Даже в сугубо сухопутном втором "Терминаторе" киборг создан из жидкого металла — идеальное воплощение ночного кошмара, внушающее ужас как раз отсутствием фиксированной формы. К слову, в финале этот текучий и видоизменяющийся кошмар можно уничтожить только погружением в другую, еще более агрессивную жидкую среду — расплавленную сталь.

В "Бездне" океан олицетворяет зеркало человеческой души. И чем глубже герои погружаются в пучину, тем сильнее они сталкиваются с собственными страхами и жестокостью человеческой природы. Погружение в океан оказывается одновременно погружением в собственную психику: вода заставляет человека честно взглянуть на самого себя, постепенно лишая героев страха и агрессии. Спасение, по Кэмерону, лежит в отказе от насилия и осознании себя частью чего-то гораздо большего, чем человеческий мир.

Кстати, специальная кислородосодержащая жидкость, которой дышит герой Эда Харриса, чтобы выдержать колоссальное давление на большой глубине — это оксигенированная фторуглеродная эмульсия, основу которой составляют перфторуглероды. Легкие, заполненные такой жидкостью, в теории действительно могут осуществлять газообмен.

Важно Кристоферу Нолану — 56: в чем секрет абсолютного успеха режиссера

И это не фантастика. В 1980–1990-х годах метод жидкостной вентиляции легких экспериментально применяли для выхаживания тяжело больных недоношенных детей с дыхательной недостаточностью. Так что в фильме это не просто эффектный эпизод, но еще и метафора перерождения героя.

В "Титанике" точно также технологическая гордыня человечества, воплощенная в колоссальном и, казалось бы, неуязвимом лайнере, сталкивается со слепой силой природы. Ледяная вода Северной Атлантики не ведает классовых различий, безжалостно смывая социальные условности и оставляя людей один на один с их истинной природой — либо страхом, либо благородством. Океан становится движущей силой глубокой трансформации персонажей. Как и в классических мифах, вода здесь — это рубеж, через который необходимо пройти ради духовного перерождения.

Но если в "Титанике" вода забирала жизни, то в фильме "Аватар: Путь воды" все как раз наоборот: здесь океан — это дающая жизнь духовная сеть, связывающая все живое в единую нервную систему планеты. В этой ленте Кэмерон достигает апогея своей одержимости. Ему пришлось на долгих 13 лет заморозить самую кассовую франшизу в истории кино, чтобы дождаться, когда технологии подводных съемок эволюционируют до уровня его амбиций — и тогда цифровые воды океана Пандоры будут выглядеть на экране реальнее настоящих.

Это был не первый такой случай, когда технологии не поспевали за фантазией режиссера. Еще в конце 1980-х стандартного оборудования оказалось недостаточно для съемок фильма "Бездна". Поэтому Джеймс вместе со своим братом Майклом Кэмероном разработали и запатентовали так называемое "устройство для передвижения пользователя в подводной среде". Это был высокоманевренный подводный буксировщик для кинооператоров, который позволял снимать долгие, плавные пролеты под водой, обеспечивая ту самую гипнотическую, "парящую" картинку, которую мы видим в "Бездне".

Но на этом Кэмерон не остановился: в 2012 году вместе с австралийским инженером Роном Аллумом он проектирует батискаф Deepsea Challenger, созданный из уникальной синтактической пены — легкого композитного материала, в котором полые стеклянные микросферы распределены в эпоксидной смоле. Такой материал позволял батискафу выдержать колоссальное давление на глубине 11 километров и опуститься на дно Марианской впадины.

А в декабре 2022 года Кэмерон вошел в число инвесторов и совладельцев компании Triton Submarines, ведущего производителя гражданских и научно-исследовательских подводных лодок. Их цель — вывести изучение океана на принципиально новый уровень: по словам режиссера, более 80% наших океанов остаются неисследованными. Чтобы погружаться глубже и дольше, компания финансирует создание субмарин нового поколения из инновационных материалов, способных выдерживать колоссальное давление.

Очевидно, причины такой одержимости нужно искать в детстве. Джеймс Кэмерон родился в городке Капускасинг (Онтарио, Канада) и рос, по его собственным словам, в 500 милях до ближайшего, Атлантического океана. Но в детстве будущий режиссер был просто очарован документальными фильмами Жака-Ива Кусто о подводном мире. А его отец Филипп Кэмерон — инженер, заработавший на свое обучение в Университете Торонто шахтером на добыче никеля, заложил в сыне безжалостную трудовую этику и жесткий технический прагматизм.

Все просто: чтобы изучать мир как художник, для начала ты должен воплотить свое видение в технологиях.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции. Ответственность за опубликованные данные в рубрике "Мнения" несет автор.