Где брать деньги и кого мобилизовать: Данило Гетманцев о главных вызовах затяжной войны — интервью

Государственные финансы в условиях затяжной войны, поиск денег на оборону, будущее налогов, пенсионная реформа, поддержка бизнеса, дефицит кадров и проблемы мобилизации — вопросы, от которых напрямую зависит экономическая устойчивость Украины.

В интервью Фокусу глава Комитета Верховной Рады по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики Даниил Гетманцев рассказал о том, где государство будет искать деньги в случае продолжения интенсивной войны, будут ли менять упрощенную систему налогообложения, как планируют поддерживать бизнес после российских ударов, какой должна быть пенсионная реформа и пенсионная реформа.

Деньги на войну: что будет, если боевые действия не утихнут

— В Бюджетной декларации на 2027–2029 годы на безопасность и оборону предусмотрены колоссальные суммы — более 2,7 трлн. грн. в 2027 году. Базовый сценарий одновременно исходит из улучшения ситуации безопасности. А если этого не произойдет и высокая интенсивность войны сохранится, где брать дополнительные деньги?

— Если внимательно прочесть Бюджетную декларацию, там предусмотрен и второй сценарий — функционирование страны в условиях сохранения высокой интенсивности боевых действий.

Макропрогноз по этому сценарию предполагает функционирование экономики в условиях длительных ограничений, обусловливающих сдержанные темпы ее обновления. Потому и цифры там несколько иные.

Если говорить о динамике экономического восстановления в 2027-2029 годах, то в пессимистическом сценарии это 3,5% против 5,5% в первом. Предполагается более высокое инфляционное давление и более медленное возобновление экспорта товаров — в среднем 9% по сравнению с 11,6% по первому сценарию.

В отличие от первого сценария расходы на сектор безопасности и обороны могут быть увеличены еще на 400–500 млрд грн и в общей сложности составят 3,2 трлн грн, или 28,2% ВВП.

Откуда взять эти денежные средства? Во-первых, есть так называемое фискальное пространство: 295 млрд грн в 2027 году, 471 млрд в 2028 и 620 млрд в 2029 году. Он формируется с учетом дополнительных мер, которые должны увеличить доходную часть государственного бюджета, в частности, за счет детенизации.

Но, по оценкам правительства, этого недостаточно для полного покрытия потребностей. Поэтому при сохранении высокой интенсивности военных действий мы будем вынуждены пересматривать и расходы на безопасность и оборону, и другие бюджетные расходы.

Кроме того, источником остается внешняя помощь. На 2027 год мы имеем 45,3 млрд евро займа в поддержку Украины от ЕС. Также Ukraine Facility, программа с Международным валютным фондом и программа с Всемирным банком.

Это то, что должно перекрыть действительно существующие риски.

— А если говорить только о нашем собственном ресурсе: какой объем оборонных расходов украинская экономика способна самостоятельно генерировать на продолжительной дистанции?

— Я не буду называть конкретную цифру. Скажу лишь, что сегодня наших налогов недостаточно даже для того, чтобы полностью профинансировать сектор безопасности и обороны.

То есть, мы уже вынуждены привлекать дополнительное финансирование из других источников, поскольку самих налоговых поступлений не хватает. Поэтому ситуация очень сложная.

— Вы неоднократно отмечали, что упрощенную систему налогообложения во время войны нужно сохранить. Но потребности бюджета постоянно растут. Как одновременно дать бизнесу прогнозируемость и найти дополнительные доходы?

— Реформа упрощенной системы налогообложения действительно могла бы принести дополнительные поступления в государственный бюджет. В то же время, мы обещали людям не менять единый налог до конца войны.

В этой дилемме я лично выбираю вариант, при котором мы не будем изменять единый налог до завершения войны.

Если говорить об источниках, которыми можно покрыть эту разницу, это прежде всего детенизация. Она может осуществляться разными способами.

Безусловно, реформа единого налога является одним из них, но далеко не единственным. Детенизацию можно и нужно проводить слаженными действиями Государственной налоговой службы, Государственной таможенной службы, Бюро экономической безопасности и других ответственных органов.

Именно они должны обеспечивать противодействие теневым схемам и обеспечивать дополнительные поступления в государственный бюджет.

У нас больше триллиона гривен составляют ежегодные потери бюджета от тени. В следующем году это будет уже около полутора триллионов. Поэтому мы рассчитываем на обновленное Бюро экономической безопасности, обновленную таможню, где уже был проведен конкурс с участием международных партнеров, и ожидаем от них соответствующих результатов.

Бизнес под ударами: кредиты, страхование и борьба с "тенью"

— Бизнес сегодня подвергается российским обстрелам, проблемам с энергетикой и логистикой. Какие конкретные инструменты поддержки государство готово ему предложить?

— После нашего с вами разговора иду на встречу с премьером в Кабинете Министров по страхованию военных рисков.

Есть несколько направлений, по которым Кабмин сегодня может и будет поддерживать бизнес.

Первый — кредиты и расширение программы "5-7-9%".

Второй — страхование военных рисков. Эта программа также планируется существенно расширить.

Речь идет именно об этих двух больших направлениях. В настоящее время прорабатываются детали их расширения.

По программе "5-7-9%" планируется дать возможность получать соответствующее финансирование крупному бизнесу, пострадавшему от обстрелов. Если говорить о страховании военных рисков, то эта программа также будет значительно расширена, а ее параметры увеличены.

— Вы называете детенизацию одним из ключевых резервов бюджета. Но нужны ли для этого новые стимулы, цифровые решения или программы, мотивирующие бизнес добровольно работать полностью "в белую"?

— В каждой отрасли без исключения есть предприятия, работающие "в белую". И именно они требуют от государства детенизации.

То есть детенизация — это не только и даже не столько о доходах государственного бюджета, сколько об равных условиях хозяйствования.

Если говорить, например, о ритейле, большое количество предприятий работает "в белую". АТБ, Novus, Varus, "Сильпо", Kola, EVA – я сейчас всех просто не перечислю — платят НДС, не измельчают бизнес.

А есть измельчающиеся. Например, "Петровка" или "Маркетопт", измельченный на три с половиной тысячи ФЛПов.

И вот вы спрашиваете, как их провоцировать. Тех, кто уже исполняет закон, стимулировать не нужно – они его и так выполняют.

А уклоняющихся и ворующих деньги в армии нужно не стимулировать прекратить это делать, а обеспечить лучшую работу правоохранительных органов и реальные негативные последствия такой модели поведения.

Надо наконец обеспечить один закон для всех.

Поэтому для детенизации не требуется каких-либо дополнительных законов или программ. Нужно, чтобы работали фискальные и правоохранительные органы.

Пенсии, социальная поддержка и зарплаты учителей

— Вы называли пенсионную реформу одной из главных задач и говорили о минимальной пенсии 6–7 тысяч гривен. Какова должна быть новая система и что будет со специальными пенсиями?

— Если мы говорим о пенсионной реформе, то, прежде всего, речь идет о солидарной системе. Она должна стать справедливой.

Безусловно, есть и второй, накопительный уровень. Но нужно понимать, что он более актуален для тех, кому еще нет сорока лет. Люди постарше просто могут физически не успеть накопить необходимую сумму до выхода на пенсию.

Поэтому сейчас, прежде всего, речь идет о солидарной системе.

Она должна состоять из нескольких частей.

Первая — базовый уровень. Это как раз те 6-7 тысяч гривен, которые должны получать все. То есть, это базовая сумма.

Более того, я убежден, что в перспективе трех-пяти лет она должна быть увеличена, и мы должны сравнить фактический прожиточный минимум с минимальной пенсией.

Потому что откровенно скажем: сегодня и на шесть тысяч гривен прожить невозможно.

Вторая часть — страховая. Она связана с тем, сколько человек заработал за свою трудовую жизнь, который имеет страховой стаж и сколько взносов было уплачено.

Поэтому страховая часть будет разной для разных людей.

И третья составляющая — профессиональная пенсия для отдельных категорий: например, шахтеров, военных, возможно, судей и прокуроров.

Но она должна рассчитываться исходя из суммы единого социального взноса, который работодатель платил за этого человека в течение его трудовой деятельности, а не потому, что где-то в законе написано, что прокурор или судья должен получать пенсию в 160 раз больше, чем обычный человек.

Поэтому специальные пенсии в нынешнем виде должны быть отменены. Вместо них должна появиться профессиональная часть пенсии для определенных профессий.

— Как это может работать, например, для шахтера?

— Если сегодня общая ставка единого социального взноса составляет 22% от зарплаты, то за шахтера условно можно платить 32%.

Я сейчас называю цифру условно, чтобы объяснить сам принцип.

Дополнительные 10% будут формировать его будущую профессиональную пенсию и вернутся ему, когда он выйдет на пенсию.

Но самое важное другое: расчет пенсионного стажа, возраст выхода на пенсию и правила индексации должны быть одинаковыми для всех.

Сегодня, например, прокурорская пенсия привязана к средней прокурорской зарплате. Это совершенно неприемлемо.

Правила индексации должны быть одинаковыми для всех.

Есть прокуроры, получающие пенсию и 260 тысяч гривен.

— Еще одна социальная реформа — вы являетесь одним из главных инициаторов законопроекта №14191 относительно семей, воспитывающих детей с инвалидностью. Что принципиально меняется?

— В первую очередь хочу уточнить: государство не отказывается от денежных выплат.

Напротив, они значительно увеличиваются. Сам перечень выплат сохраняется, а некоторые из них вырастут в разы.

Это первое большое достижение для детей с инвалидностью, потому что многие годы на их нужды фактически не обращали должного внимания.

Вторая часть — система социальных услуг.

Первое — услуга раннего вмешательства. Когда ребенок рождается с определенными симптомами, к нему должны подключаться специалисты, чтобы максимально ослабить эти проявления и помочь ребенку адаптироваться к жизни уже на ранних стадиях.

Это важно и для того, чтобы уменьшить проявления болезни, и чтобы не совершить ошибок, которые могут ухудшить состояние ребенка. В то же время, это помощь и самим родителям.

Вторая услуга — ассистент ребенка во время образования.

Если ребенок может посещать садик или школу, рядом с ним должен быть специальный ассистент. Эту профессию нам еще предстоит значительно расширить и подготовить достаточное количество таких специалистов.

Ассистент должен помогать и ребенку и учителю. Если ребенок не может ходить в школу, он должен приходить к нему домой, помогать с образованием и адаптацией настолько, насколько это позволяет здоровье.

И еще одна очень важная вещь — отдых для родителей.

Мы даем родителям право на передышку. К этому времени они смогут передать ребенка в соответствующее заведение, где о нем позаботятся.

И, пожалуй, самое важное — все эти услуги будут финансироваться из государственного бюджета.

Сегодня часть таких услуг уже может теоретически предоставляться, но за счет местных бюджетов. А местные бюджеты, к сожалению, далеко не всегда обращают внимание на нужды этих людей.

Теперь это будет государственный бюджет.

Речь идет о больших деньгах – нам дополнительно нужно найти 30 млрд грн. Минфин уже ищет этот ресурс.

Я очень благодарен Минфину, Президенту и нашим коллегам в парламенте за поддержку этой инициативы, потому что в ней нуждаются 160 тысяч семей.

— Вы также критиковали предыдущего министра образования из-за ситуации с зарплатами учителей. Что будет с 1 сентября: учителя получат обещанное повышение?

— Прибавку в 20% получат.

Но мы ведь говорили не только об этой надбавке. Мы говорили о том, что с 1 сентября учитель должен получать минимальную заработную плату в размере 21 тысяч гривен.

Это решение Верховной Рады. Я обещал это людям, это обещал и Комитет Верховной Рады по вопросам образования.

Но бывший министр образования не смог внести в Верховную Раду законопроект о новой тарифной сетке оплаты труда учителей.

Именно поэтому я поднимал вопрос о его отставке, а во время перезагрузки правительства даже не рассматривался вопрос о его сохранении в должности.

Теперь это наше требование к новому правительству и новому министру.

Мы должны обеспечить выполнение 63 статьи Закона "Об образовании", которая предусматривает, что минимальная зарплата учителя должна быть на уровне трех минимальных заработных плат по стране.

— Но, по крайней мере, плюс 20% с 1 сентября будет?

— Да. С 1 сентября будет плюс 20%. Это тот минимум, который прямо заложен в бюджете.

Мигранты, мобилизация и будущее экономики

— На фоне кадрового дефицита все чаще говорят о привлечении трудовых мигрантов. Вы говорили, что миграция не решит демографическую проблему. Что тогда способно вернуть украинцев из-за границы?

— То, что может решить эту проблему, это мир.

Мир — не единственное, но основное решение. Он нужен сегодня всем, и мы понимаем это.

Мы понимаем, что условия могут быть тяжелыми, но, несмотря на это, у нас нет другого выхода для сохранения страны, наших людей и возвращения беженцев.

То есть мир — вопрос номер один.

Никаких других альтернатив, которые советуют "мамкины эксперты" из Facebook, вроде завоза мигрантов, у нас нет. Не надо этих иллюзий.

Никакие мигранты, завозимые в Украину, не станут полноценной альтернативой на рынке труда. Во-первых, нередко они приезжают не для того, чтобы работать, а во-вторых, существует огромная разница между нами и ими.

И через несколько лет мы можем получить гораздо большие проблемы, если такая программа будет реализована. Но мы не дадим ее реализовать, конечно.

Мы должны вернуть наших людей из-за границы.

Для этого требуются три базовых вещи.

Первая — безопасность. А безопасность — это мир.

Вторая — работа.

Третья — жилье.

Работа — это поддержка и развитие бизнеса, а также те инвестиции в восстановление, о которых мы уже договорились и готовы финансироваться после достижения мира.

Относительно жилья мы сейчас завершаем разработку большой программы на один миллион квартир для социально незащищенных слоев населения.

Это беженцы, военные, учителя, медики, многодетные семьи, семьи с детьми с инвалидностью.

Они должны получать жилье по льготному кредиту под 3% на 25 лет.

И это нужно начинать реализовывать уже сейчас.

— Но кадровый дефицит уже ощущается и в гражданском секторе, и в Вооруженных Силах. Как найти баланс между потребностями фронта и сохранением работающей экономики?

— Это вопрос больше к правительству, чем к парламенту, потому что парламент дал правительству все необходимые законодательные инструменты для его решения.

Но, к сожалению, до сих пор оно не решено.

И здесь вопрос еще до предыдущего правительства. По моему мнению, проблема справедливой мобилизации была провалена министром Федоровым, хотя президент давал ему соответствующее поручение.

Сегодня это поручение уже получил новый министр Хмара. От него мы ожидаем решения проблемы мобилизации, потому что позорная охота на людей и бусификация продолжаются.

Посмотрите, какие обвинения выдвигают против должностных лиц ТЦК: пытки, незаконное лишение свободы, нанесение тяжких телесных повреждений, даже убийства.

Посмотрите на количество обращений к Уполномоченному по правам человека Дмитрию Лубинцу.

Такие действия должностных лиц ВЛК и ТЦК ослабляют фронт. Ибо происходит насильственная мобилизация людей, которые реально не хотят или не могут воевать.

И все это еще умножается на коррупцию – повальную коррупцию на всех этапах мобилизационного процесса.

Поэтому ТЦК нуждаются в немедленном реформировании.

Их нужно заставить работать по закону, используя все предоставленные им рычаги, для того чтобы привлекать людей в армию, а не нарушать закон.

На это должны обратить внимание и Главнокомандующий и Министр обороны.

Есть проблема бронирования работников. Оно уже напоминает некий бесконечный эксперимент над бизнесом.

Постановление №76, принятое еще в январе 2023 года, за эти годы менялось 33 раза. Тридцать три раза.

Первоначально бронирование организовывали вручную через Министерство экономики. Затем пытались сформировать общие критерии для предприятий. Затем постепенно начали добавлять субкритерии для отдельных отраслей.

В результате мы получили непонятную систему и постоянное бесконечное усовершенствование критериев.

Причем кое-где в списках критических предприятий оказываются субъекты, которые не являются критическими и вызывают удивление и возмущение в обществе.

Под бронированием оказываются, к примеру, активисты, роль которых в обороноспособности страны также вызывает значимые вопросы.

Поэтому необходима прозрачная и четкая система бронирования для предприятий, действительно необходимых для фронта и тыла.

И вместе с тем из бронирования нужно исключать предприятия, которые такой критичности не имеют и могли попасть туда из-за коррупционных или политических оснований.

Нужен диалог с бизнесом. Надо усадить людей за один стол и откровенно проговорить: мы не можем бесконечно расширять критерии бронирования, потому что этого просто не выдержит страна и не выдержит фронт.

Враг мобилизует дополнительно 350-400 тысяч человек после выборов в Госдуму.

— На этом фоне снова заговорили о мобилизации женщин. Вы допускаете такой сценарий?

— Я категорически против мобилизации женщин.

И Верховная Рада никогда не проголосует за мобилизацию женщин.

Пусть все эти советники сначала покажут собственный пример. Я ничего не слышал, чтобы они сами были на фронте.

Почему они хотят мобилизовать женщин, но сами мобилизоваться не хотят.

И вообще, почему все эти "ястребы войны" у нас сидят на очень сладких и теплых бронях, в теплых телевизионных студиях и не спешат воплощать собственные лозунги в жизнь на своем примере.

Что должно удержать украинскую экономику

— Если исходить из того, что период больших вызовов может длиться еще долго, какие стратегические решения сегодня важны для сохранения экономической стабильности?

— Есть несколько направлений. Я назову только ключевые, это не исчерпывающий список.

Первое — сохранение макроэкономической стабильности и ускорение темпов экономического роста.

Восстановление ВВП замедляется третий год. И этот год будет особенно сложным.

По итогам первого квартала у нас вообщем был минус ВВП. По итогам второго квартала мы этот минус так и не перекрыли. А по итогам третьего квартала даже трудно представить, что будет, потому что у нас есть проблемы с логистикой, с топливом и постоянные обстрелы крупнейших и эффективных украинских предприятий.

Потому беда. Но сохранение макроэкономической стабильности и восстановление экономического роста – ключевая задача.

Второе — развитие внутреннего производства.

Мы должны сфокусироваться на государственных программах поддержки ОПК, чтобы силы обороны имели необходимые средства для защиты.

Поддержка ОПК принципиальна и для самой экономики, так как она мультипликируется на огромное количество смежных отраслей.

Также нам необходима поддержка перерабатывающей промышленности, энергетики и логистики.

ИТ также нужно поддерживать, хотя оно и так имеет достаточно льготный налоговый режим.

Третье – повышение эффективности государственных институтов.

Мы теряем миллиарды евро из-за того, что украинские чиновники уже второй год срывают выполнение плана Ukraine Facility.

При этом никто не несет персональную ответственность.

Я убежден: каждая проблема, каждая ошибка государственного управления имеет свою фамилию.

Поэтому необходимо быстро делать кадровые выводы.

Следующее направление — детенизация и борьба с коррупцией. Это очень важная задача.

Еще одно направление — глубокий аудит публичных финансов.

У нас есть неэффективные расходы, которые необходимо просмотреть. Ежегодно получаем отчет Счетной палаты, оценивающей нарушения и неэффективность более чем в 100 млрд грн. Я считаю, что даже в текущем бюджете около 50 млрд грн, которые можно перераспределить на другие цели.

И еще одно важное направление – социальные реформы.

Во время войны люди беднеют, и мы должны их поддержать. Поэтому пенсионная реформа, жилищное строительство, зарплаты учителей и социальных работников — это те направления, на которых нужно сконцентрироваться.

Ну и, безусловно, верховенство права, улучшение бизнес-климата и стимулирование привлечения инвестиций. Это тоже очень важно.