Почему санкции не остановили поставки электроники для ракет Х-101

Корпорация «Тактическое ракетное вооружение» (КТРВ) — центральное звено российского воздушного террора: на ее предприятиях производят большинство высокоточного ракетного вооружения воздушного базирования, которым РФ бьет по гражданской и критической инфраструктуре Украины. В номенклатуру входят крылатые Х-101, сверхзвуковые противокорабельные Х-22 и их модернизация Х-32, тактические Х-59МК2, противорадиолокационные Х-31, а также ракеты квадратного сечения Х-69 для внутренних отсеков Су-57.

Фото 1. Ракета Х-101, уничтоженная над Украиной

Facebook Командование Воздушных сил

Помимо ракет, предприятия КТРВ связывают с массовым выпуском модулей планирования и коррекции (УМПК), которые превращают советские фугасные бомбы в управляемые боеприпасы. Несмотря на грубое исполнение, крылья и блоки спутниковой навигации дали армии РФ дешевое средство поражения, которым компенсируют дефицит дорогих ракет.

КТРВ создана указом Путина в январе 2002 года на базе подмосковного завода и КБ «Звезда-Стрела» в Королеве. В настоящее время корпорация объединяет четыре десятка площадок и заводов со штатом около 60 тысяч сотрудников, среди которых МКБ «Радуга», МКБ «Вымпел», «НПО машиностроения» и ГНПП «Регион».

Как мы выяснили, производственная система КТРВ опирается не только на импортные технологии, но и на клептократическую схему — ключевые логистические и финансовые цепочки контролирует семья многолетнего руководителя корпорации Бориса Обносова.

Фото 2. Борис Обносов

ТАСС

Монополия и логистика

Главный узел обеспечения конгломерата — АО «ТРВ-Инжиниринг» (ОГРН — 5018205784), классический пример приватизации госдирпотоков. В 2012 году Обносов обязал все заводы холдинга закупать исключительно через ООО «Торговый дом «Звезда-Стрела», впоследствии переименованное в «ТРВ-Инжиниринг» и реорганизованное в акционерное общество.

После полномасштабного вторжения «ТРВ-Инжиниринг» засекретило отчетность, состав учредителей и убрало с сайта упоминания о связи с КТРВ. Впрочем, выручка стабильно росла: 2,91 млрд руб. в 2020-м, 3,39 млрд — в 2021-м, а судебные материалы фиксируют резкое увеличение финансирования оборонного заказа после 2022 года. Сегодня структура замкнула на себе почти все материальные потребности корпорации — от строительных подрядов (ремонт корпуса №37 Смоленского авиазавода) и спецстали для боевых частей ракет на АО «ГосНИИмаш» до критической микроэлектроники.

Поскольку КТРВ и «ТРВ-Инжиниринг» находятся под санкциями Запада, прямые закупки технологий стали невозможными. Чтобы обойти барьеры, «ТРВ-Инжиниринг» управляет поставками через сеть фирм-прокладок и дистрибьюторов второго-третьего эшелонов, которые буферизуют связь между международными рынками и российскими заводами и долго оставались без внимания регуляторов.

Один из ключевых поставщиков — ООО «НПП Вариант Групп» (ОГРН — 9729210267). В июне 2024 года компании заключили контракт на 5,71 млн долл. на поставку инерциальных модулей GNI11AY (IMU), которые сочетают в себе акселерометры и гироскопы и позволяют ракетам и дронам определять траекторию без GPS / ГЛОНАСС, что критически важно в условиях радиоэлектронной борьбы.

Модули GNI11AY производит китайская компания Guanxingnav. Только за 2024 год «НПП Вариант Групп» ввезло в Россию компонентов на сумму 7,3 млн долл., из которых 7,2 млн — продукция Guanxingnav; компания также декларирует поставки от Analog Devices, Texas Instruments, Intel и Microchip. Даже после ограничений отдельных европейских стран фирма избегала блокирующих санкций OFAC и сохраняла доступ к транзакциям.

Когда спецификации не позволяют заменить детали азиатскими аналогами, в ход идет параллельный импорт подлинных западных микросхем. По документам контрагента ООО «Микролаб-Айси» (ОГРН — 7722470777), для «ТРВ-Инжиниринг» поставляли диоды и транзисторы нидерландской Nexperia и микросхемы американской Analog Devices (серии OP177GSZ, OP249GSZ) — в целом на сумму более 2,1 млн долл., вместе с продукцией NXP Semiconductors (Нидерланды), Infineon Technologies (Германия), Harwin (Великобритания) и TE Connectivity (США—Ирландия).

Аналогичную роль выполняет ООО «Интегра», за которой — как минимум 179 партий грузов на сумму около 1,8 млн долл.: коммутационное оборудование, датчики давления швейцарской Keller Druckmesstechnik AG, преобразователи японской Nisshinbo Micro Devices, приборы и компоненты американских National Instruments и Qorvo.

Двойные стандарты и коррупция под маской патриотизма

В российском ВПК прослеживается парадокс: государственные ресурсы для оборонного производства одновременно питают личное обогащение лиц, связанных с руководством предприятий. В случае с КТРВ финансовые потоки госзаказа и бизнес-интересы семьи Обносова оказались тесно переплетены.

Ключевой элемент системы — структура собственности АО «ТРВ-Инжиниринг»: 20% акций принадлежали дочери Бориса Обносова Ольге Зориковой.

Фото 3. Ольга Зорикова и ее «хобби-прикрытие»

Скриншот: «Новая газета»

Компания была посредником в поставках материалов для КТРВ, получая агентское вознаграждение 12% от стоимости сделок — стабильный доход, напрямую привязанный к масштабам госзаказа корпорации.

«ТРВ-Инжиниринг» не ограничивалась посредничеством: в 2012–2017 годах компания получила около 12 млрд руб. выручки, причем почти половину — по прямым контрактам с КТРВ. Это показательный конфликт интересов: долей компании владела родственница руководителя корпорации, одновременно выдававшая ей значительные заказы.

Второй уровень модели — трансформация этих средств в активы за пределами России. Значительная часть имущества семьи Обносова сосредоточена в Чехии: муж Ольги Зориковой Ростислав Зориков развернул там деятельность по управлению недвижимостью, получил ПМЖ и аккумулировал портфель недвижимости стоимостью свыше 8 млн евро — многоэтажный дом в пражском Жижкове, пентхаус и ряд квартир. Так доходы оборонного сектора РФ были конвертированы в активы в государстве НАТО и ЕС.

Фото 4. Четырехэтажный особняк Зориковых в районе Жижков, Прага

The Insider.ru

Ситуация изменилась после огласки: в 2023 году чешские власти и общественность обратили внимание на недвижимость и бизнес-структуры Зориковых, после чего Прага заблокировала их активы — не только недвижимость, но и корпоративные права, а в отношении Ростислава Зорикова применили миграционные ограничения.

Все чешские объекты остаются под арестом. Автоматической конфискации нет, ведь по законодательству ЕС требуется отдельное судебное доказательство преступления, но владельцы полностью утратили право распоряжаться имуществом: продажа, переоформление, залог или аренда заблокированы на все время санкций.

Изменился и правовой статус семьи в Европе: на фоне уличных акций возле их пражского жилья виды на жительство аннулировали, а данные фигурантов внесли в Шенгенскую информационную систему (SIS), что запрещает въезд во все Шенгенское пространство. Сами Зориковы находятся на территории России.

Чешская сторона передала досье Еврокомиссии, инициировав внесение родственников Обносова в общий санкционный список ЕС — это закроет для них финансовое пространство Евросоюза. Сам Борис Обносов уже под санкциями США, ЕС, Великобритании, Канады, Японии и Австралии.

Вместо выводов

Коррупция в российском ВПК хроническая. Летом 2024 года за присвоение более 420 млн руб. Минобороны осудили давнего партнера семьи Обносова, экс-гендиректора таганрогского завода «Звезда-Стрела» Владимира Масленского. Его сотрудничество со следствием привело к аресту гендиректора «ТРВ-Инжиниринг» Михаила Колесникова за вывод 40 млн руб. через фиктивные договоры на металлопрокат и покупку дома в Сочи.

Но эти преследования затрагивают лишь менеджеров среднего звена. Сам Борис Обносов больше двух десятилетий возглавляет холдинг и входит в ближайший круг доверия Кремля, поэтому злоупотребления ему прощают из-за политической лояльности.

История семьи Обносова обнажает двойную мораль российского правящего класса: декларировать вражду к Западу и в то же время выводить состояние в европейские города. Заблокированные активы в Праге ждут правовых решений, которые позволят направить их на восстановление Украины. Поэтому усиление санкционного давления и изъятие российских активов в Европе — практика, которую стоит масштабировать.

Этот материал подготовлен в рамках сотрудничества между аналитическим центром StateWatch и UNITED24 Media.