Зачем российский диктатор едет к Си Цзиньпиню в Бишкек: Кремлю нужна помощь, Пекину – влияние

Путину нужен союзник в войне против Украины. Си ищет партнеров в игре против США. Оба поддерживают Иран. Какие еще закулисные игры будут вести в Бишкеке 31 августа – 1 сентября на саммите ШОС, и зачем большим странам Центральна Азия – собирали ответы в Коротко про.

В Бишкеке (Киргизстан) 31 августа — 1 сентября соберутся лидеры стран, которые в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) явно противопоставляют себя Западу. Это Си Цзиньпин, Владимир Путин, премьер Индии, Нарендра Моди, президент Ирана Пезешкианом. К ним добавятся лидеры Турции Эрдоган и Армении Пашинян. Какие интересы преследуют главные игроки саммита.

Путин уже стал младшим партнером Китая

Как говорила женщина с косой – “все пропало”. Wall Street Journal прямо пишет: Путин снова поворачивается к Си, потому что влияние России рушится. Пока Москва переживает удары по энергетике и экономические ограничения, Китай выходит из глобальных потрясений более сильным.

Для российского диктатора саммит — также возможность показать, что страна не изолирована. Кремль готовил серию двусторонних встреч: с Си, с президентом Ирана Масудом Пезешкианом, с Моди и другими. По данным RFE/RL, Путин хочет закрепить образ России как противовес Западу и удержать Центральную Азию в своей орбите через ШОС, ОДКБ и Евразийский экономический союз.

Особое внимание — газу. На полях обсуждается проект «Сила Сибири-2», который должен поставлять в Китай до 50 млрд кубометров в год через Монголию. Для Москвы это способ компенсировать потери европейского рынка. России нужен новый крупный покупатель, но Китай не торопится соглашаться на российские условия. Пекин может ждать, торговаться за цену и выбирать, сколько российского газа ему действительно необходимо.

Аналитики Al Jazeera отмечают: Путин и Си традиционно используют ШОС, чтобы продвигать идею «многополярного мира». Но за громкими заявлениями всё заметнее асимметрия. Россия нуждается в китайских рынках, технологиях и политической поддержке сильнее, чем Китай — в российских.

Задачи Си: экономика и влияние на “заднем дворе” России

Китай приезжает в Бишкек с позиции силы. Си Цзиньпин сразу по прибытии назвал отношения с Кыргызстаном «золотым периодом». Пекин активно продвигает инфраструктурные проекты: железную дорогу Китай — Кыргызстан — Узбекистан, торговые и цифровые инициативы.

South China Morning Post подчеркивает: для Китая саммит — способ проверить, сможет ли ШОС выйти за рамки дипломатических заявлений и стать реальной экономической платформой.

Си не спасает Россию. Он использует её ослабление, чтобы расширить влияние в регионе, который десятилетиями считался российским «задним двором». Торговля, инвестиции, логистика — вот главный язык Пекина. И это не только понятнее, но и притягательнее, чем военный намеки и угрозы Москвы.

Трамп, Рубио и американский ответ

А что же тот самый Запад, против которого будут дружить в Бишкеке? Трамп затаился, но следит, не в его привычках что-то отдавать, потому что он не знает где это.

Сразу после саммита в Бишкеке госсекретарь Марко Рубио планирует турне по странам Центральной Азии, сообщает Reuters. По данным источников, в октябре 2026 года в Самарканде может пройти встреча в формате C5+1 — США плюс Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан. Главные темы — критические минералы, редкоземельные металлы и диверсификация поставок.

Это главная цель Трампа, которую он обозначил ещё в ноябре 2025 года. Тогда он впервые принял в Белом доме сразу всех пяти президентов Центральной Азии. Разговоры шли о ресурсах, инвестициях и «новой эре» отношений. Reuters и AP писали: Вашингтон хочет уменьшить зависимость региона и от Москвы, и от Пекина, предлагая альтернативные экономические возможности.

Почему Центральная Азия так важна

Регион — как был во время Шелкового пути, так и остался главным перекрестком между Западом и Азией, между Ближним Востоком и Китаем. Здесь пересекаются энергоресурсы, уран, редкоземельные металлы и новые транспортные коридоры.

После ухода американцев из Афганистана и начала войны в Украине его стратегический вес вырос. Страны региона всё увереннее играют восточную дипломатию: берут китайские инвестиции, сохраняют экономические и военные связи с Россией и одновременно открываются Западу и Индии.

«Как гласит местная поговорка: „Мы носим московские доспехи, но наше сердце бьется в Урумчи [крупнейший ближаший город Китая – ред.]», - приводит слова Ли Лифаня, эксперта по России и Центральной Азии из Шанхайской академии социальных наук издание Korea Times.

Армянский вопрос: Путин будет угрожать Пашиняну

Неожиданно в Кыргызстане встретятся Путин и Пашинян, в то время как отношения стран в этом году испортились окончательно. Пашинян заявил о намерении в ближайшее время подать заявку на членство в ЕС, а потом провести референдум. В новом правительственном документе Россия уже не называется «стратегическим партнёром».

Москва отреагировала торговыми санкциями под которые попало все что только можно – от живых цветов до коньяка. На очереди – повышение цен на энергоносители, а Армения на 80% зависит от российского газа.

Ранее Путин уже прямым текстом требовал от Армении провести референдум о вступлении в ЕС. Также в риторике Кремля уже звучали намёки на «украинский сценарий».

Однако полноценная военная операция вроде «СВО» в Армении выглядит крайне маловероятной. Россия глубоко увязла в Украине, а прямой удар по формальному союзнику по ОДКБ создал бы огромные политические риски. Скорее речь снова ограничится торговыми угрозами.

Хотя не стоит забывать, что в Армении расположена огромная и функциональная военная база в Гюмри (срок аренды до 2044 года), где дислоцированы от 3 до 5 тысяч солдат, 70–75 танков Т-72, более 140 бронетранспортёров, а на авиабазе размещены до 18 МиГ-29.

Так кто здесь главный?

Саммит в Бишкеке ясно показывает новую реальность. Россия ищет опору и подтверждение статуса. Китай методично наращивает экономическое присутствие. США возвращаются в регион через ресурсы и дипломатию. Небольшие страны пытаются балансировать между всеми.

«Союз против Запада» между Путиным и Си выглядит скорее тактическим партнёрством, чем равноправным альянсом. Пока влияния значительно больше у Пекина.

«Пекин поддерживает Москву политически до определенного предела, но также старается не принимать полностью российское противостояние с Западом», — отмечает старший научный сотрудник Chatham House Ю Цзе.

Китай, по ее словам, продолжает сохранять экономические связи с Европой и избегает таких действий, которые могут привести к тяжелым вторичным санкциям.

Так что ШОС - это не НАТО наоборот. Это партнерство двух государств, которым выгодно ослабление США, но каждое из них преследует собственные цели. И это еще не считая “затаившуюся” Индию, которая прямо не обозначает свои цели.