Путин говорил о мире, Моди — об Украине: что показал саммит ШОС

31 августа — 1 сентября 2026 года в столице Кыргызстана Бишкеке состоялся саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) — ежегодное заседание Совета глав государств — членов организации. Кыргызстан принимал саммит уже в четвертый раз с момента основания ШОС и председательствует в организации в 2025–2026 годах под лозунгом «25 лет ШОС: вместе к устойчивому миру, развитию и процветанию».

15 июня исполнилось 25 лет со дня подписания декларации о создании ШОС в Шанхае. Именно поэтому главным итоговым документом стала Бишкекская декларация 25-летия Шанхайской организации сотрудничества — такая же номинальная, как и все предыдущие. В саммите приняли участие руководители 18 стран и семи международных организаций (в том числе генсек ООН Гутерриш), а также «евразийских» структур на территории бывшего СССР.

Саммит прошел в традиционном формате формальных выступлений и двусторонних встреч, ни одна из которых не привела к каким-либо практическим результатам. ШОС — это прежде всего китайская площадка, и поэтому Путину в очередной раз не удалось продвинуть «украинский» вопрос в итоговый документ; зато гораздо больше внимания уделяли Ирану. Мероприятие запомнилось в первую очередь двумя событиями — выступлением Никола Пашиняна, единственного среди лидеров стран бывшего СССР говорившего на родном, армянском, а не на русском языке, и VI Всемирными играми кочевников, которые начались в Кыргызстане в день открытия саммита ШОС. Они проводятся с 2014 года и в этом году в них участвуют 104 страны, в том числе Австралия, Новая Зеландия, США (девять спортсменов), Великобритания (больше 50 участников), Россия (230) и Украина (двое, оба — крымские татары).

Полноправные члены ШОС — десять государств — Россия, Беларусь, Индия, Иран, Казахстан, Кыргызстан, Китай, Пакистан, Таджикистан и Узбекистан. Помимо заседания Совета глав государств в «базовом» формате, в Бишкеке прошла встреча в расширенном формате «ШОС плюс» — с участием партнеров и приглашенных стран.

Официальная часть саммита — заседание Совета глав государств и встреча в формате «ШОС плюс» — состоялась 1 сентября. По итогам лидеры подписали пакет из 28 документов. Главные среди них:

• Бишкекская декларация 25-летия ШОС — основной итоговый документ, в котором зафиксированы согласованные подходы стран-участниц к развитию организации и актуальным международным вопросам. В ней подчеркивается, что ШОС не является военно-политическим блоком и не направлена против других государств или организаций;
• протокол о внесении изменений и дополнений в Хартию ШОС — призван обновить правовую базу и оптимизировать структуру организации;
• положение о новом Универсальном центре противодействия вызовам и угрозам безопасности, включающем Центр по борьбе с транснациональной организованной преступностью (будет открыт в Бишкеке) и Центр информационной безопасности (в Ташкенте);
• декларация Совета глав государств об укреплении многостороннего партнерства в интересах ядерной и физической ядерной безопасности;
• решение об объявлении пакистанского Лахора туристической и культурной столицей ШОС на 2026–2027 годы;
• ряд заявлений и решений о борьбе с терроризмом (в частности о недопустимости «двойных стандартов» в противодействии терроризму), сотрудничеству в сфере искусственного интеллекта, энергетики, логистики и «зеленых» технологий.

Самый конкретный внешнеполитический сюжет касался Ирана. Декларация подтвердила поддержку его суверенитета и территориальной целостности и призвала решать конфликт дипломатическими средствами. На этом фоне отсутствие даже упоминания об Украине стало особенно заметным.

В своем выступлении Путин призвал государства ШОС приложить все усилия, чтобы исключить из международной практики провоцирование вооруженных конфликтов, а взаимодействие в рамках организации назвал фактором формирования атмосферы мира и стабильности на евразийском континенте. Председатель КНР Си Цзиньпин, со своей стороны, подчеркивал роль ШОС как главного стабилизирующего фактора в современных геополитических реалиях. Именно он говорил в основном об Иране.

Эксперты характеризуют цель бишкекского саммита довольно откровенно: продемонстрировать, что Запад не способен навязать свою волю евразийскому блоку — даже через геополитическую эскалацию и санкционное давление. Такой посыл, впрочем, нужно воспринимать как позицию некоторых сторон, а не как объективную оценку результативности организации. ШОС всегда пыталась позиционировать себя как площадку, связанную с глобальной системой международных институтов, а не просто как региональный клуб, однако даже создание банка развития ШОС, уже давно стоящее на повестке дня, осталось там, где и было.

Определенную интригу саммиту придали двусторонние встречи. По информации помощника президента России Юрия Ушакова, только в программе Путина на полях саммита таких было запланировано «около девяти». Именно эти кулуарные переговоры — а не пленарное заседание — и привлекли наибольшее внимание наблюдателей.

Встреча президента России с председателем КНР стала второй личной для лидеров в 2026 году (предыдущая состоялась в Пекине во время официального визита Путина в Китай). По словам пресс-секретаря Кремля Дмитрия Пескова, переговоры проходили «традиционно в очень конструктивной, дружественной атмосфере».

Основной акцент стороны сделали на двустороннем торгово-экономическом сотрудничестве — реализации совместных проектов в энергетике, промышленности и космической отрасли. Отдельной темой стал вопрос безвизового режима между Россией и Китаем: Путин предложил перевести его на постоянную основу, если Пекин сочтет это целесообразным, и привел данные о росте туристического потока между странами на 43% за первое полугодие 2026 года благодаря уже действующему безвизу (Китай временно ввел его для россиян с 15 сентября 2025 года).

Украинской темы лидеры, по словам Пескова, коснулись лишь «вскользь, рефреном» — «собственно обсуждение не велось». Эта формулировка Кремля свидетельствует скорее о сознательном дистанцировании Пекина от подробного обсуждения войны в Украине на публичной площадке ШОС, чем об отсутствии этой темы в повестке дня двусторонних отношений в целом.

Переговоры Путина с премьер-министром Индии Нарендрой Моди стали первой личной встречей лидеров после их декабрьских переговоров в Нью-Дели. Стороны обсуждали двусторонние отношения и торгово-экономическое сотрудничество, которое, по словам Путина, демонстрирует положительную динамику. Показательно, что именно Моди во время встречи призвал Путина завершить войну в Украине — деталь, которая контрастирует с официальной риторикой Кремля о «косвенном» обсуждении этой темы с Пекином и показывает, что позиции по поводу войны даже в рамках «евразийского блока» не единодушны.

Помимо переговоров с Си Цзиньпином и Моди, в программе Путина были запланированы встречи с президентами Ирана Масудом Пезешкианом, Таджикистана Эмомали Рахмоном, Турции Реджепом Эрдоганом, Монголии Ухнаагийном Хурэлсухом, Казахстана Касым-Жомартом Токаевым и президентом-хозяином Садыром Жапаровым, а также премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Сразу после завершения бишкекской программы Путин вылетел во Владивосток на Восточный экономический форум, который тоже начался 1 сентября.

В Бишкеке также состоялась встреча Моди с президентом Ирана Масудом Пезешкианом — еще один пример того, что саммит ШОС традиционно используется в качестве площадки для параллельных двусторонних контактов, не имеющих прямого отношения к формальной повестке дня организации.

Одним из самых содержательных двусторонних эпизодов саммита стала встреча президента Азербайджана Ильхама Алиева и премьер-министра Армении Никола Пашиняна. Еще накануне Пашинян предупреждал, что неурегулированность проблемы анклавов может привести к новой войне между странами, поэтому переговоры в Бишкеке рассматривались как важный тест на прочность текущего мирного процесса.

Лидеры обсудили дальнейшие шаги по мирному урегулированию, торговлю, энергетическое сотрудничество, делимитацию границы и реализацию так называемого маршрута Трампа во имя международного мира и процветания (TRIPP) — транспортного коридора, согласованного в качестве одного из ключевых результатов Вашингтонского мирного саммита 8 августа 2025 года, когда Алиев и Пашинян в присутствии президента США Дональда Трампа подписали Совместную декларацию и парафировали текст соглашения об установлении мира и межгосударственных отношений.

В качестве практических «дивидендов мира» стороны назвали начало экспорта азербайджанских нефтепродуктов в Армению и транзит зерна и других товаров из третьих стран через территорию Азербайджана. Лидеры также позитивно оценили контакты между парламентариями и представителями гражданского общества двух стран, направленные на укрепление взаимного доверия.

Встреча не закончилась подписанием нового договора, но стороны обозначили конкретные направления дальнейшей работы правительственных комиссий — в первую очередь по делимитации границы. Символично, что нейтральная площадка ШОС, несмотря на членство Армении лишь в формате наблюдателя / партнера, в очередной раз оказалась удобным местом для прямого диалога Баку и Еревана — так же, как это уже случалось на предыдущих многосторонних встречах.

Значительная часть зарубежных наблюдателей рассматривала саммит в Бишкеке прежде всего как место для непрямой дипломатии в отношении Украины. Однако такие прогнозы не оправдались. Создавалось впечатление, что Китай пытался избежать доминирования «украинской» темы в пользу продвижения традиционных призывов к многополярности, справедливости и соблюдению норм международного права.

Российская и ряд других делегаций настойчиво подчеркивали, что ШОС «не является военно-политическим блоком» — формулировка, которая прямо попала в текст Бишкекской декларации. Это можно трактовать как попытку дистанцироваться от образа антизападного альянса, несмотря на то, что большинство членов организации находится в том или ином конфликте или напряженных отношениях с США и их союзниками. В то же время ряд тематических заявлений — по кибербезопасности, борьбе с терроризмом, ядерной безопасности и экономической интеграции — свидетельствует о попытке ШОС позиционировать себя как полноценную альтернативную платформу глобального управления и развития.

Бишкекский саммит ШОС выявил несколько важных тенденций. Во-первых, несмотря на общую декларативную риторику о единстве, внутри «евразийского блока» сохраняются заметные разногласия — от призыва Индии к Путину завершить войну в Украине до подчеркнуто осторожного, «косвенного» обсуждения этой темы с Пекином. Во-вторых, саммит ШОС все больше функционирует не только как институциональная площадка, но и как удобное место для параллельной двусторонней дипломатии. В-третьих, организация пытается расширить повестку дня за рамки тематики безопасности — в сторону экономики, искусственного интеллекта, «зеленого» развития и культурной дипломатии. Несмотря на то, что ШОС остается удобным для некоторых государств инструментом многосторонней дипломатии, ее ценность с точки зрения становления нового мирового порядка не стоит переоценивать.