Исландия сказала «нет» ЕС. Почему это важнее для Украины, чем кажется

Решение большинства исландцев сказать «нет» возобновлению переговоров о вступлении Исландии в ЕС вызвало бурю негативных эмоций в стакане воды немногочисленной украинской евроинтеграционной тусовки и сторонников расширения Евросоюза внутри Европы. Говорят о провале нового импульса расширения ЕС или о победе евроскептиков и евроненавистников внутри и за пределами Европы: как путинистов, так и трампистов, как немецкой «Альтернативы», полной враждебности к ЕС, так и французского Нацфронта с его евроскептицизмом.

Вот только самого ребенка (исландцев) вместе с водой выплеснули — полностью забыли о субъектности их и их страны из-за привычки трактовать все исключительно через призму войны с Россией и связанных с ней информационных воздействий в стиле The Weaponisation of Everything. Хотя именно причины, по которым исландцы сказали «нет» ЕС без влияния Путина и Трампа имеют непосредственное значение для нас, поскольку объясняют негативы наших реальных нынешних и будущих проблем в отношениях с Европой.

(Не)предсказуемый референдум: вчера было рано, завтра будет поздно

52,84% голосов исландцев против возобновления переговоров с Евросоюзом — не поражение классической западной демократии, а ее триумф. Поскольку в этой стране речь шла не о широко распространенном в настоящее время провале социологии, когда избиратели говорят одно, а голосуют иначе, или о массовом отказе избирателей отвечать, а о классической для ХХ века неопределенности выборов: гражданин определяется вплоть до росчерка в бюллетене, и поэтому каждое слово, устное и письменное, как аргумент может повлиять на его голос в последний момент. Как следствие, буквально 12,7 тысячи голосов исландцев (из 17,3% тех, кто еще не определился с голосованием на момент опроса общественного мнения перед референдумом 30 июля) определили итог плебисцита; его результаты постоянно колебались от округа к округу с ростом количества подсчитанных голосов, а явка на референдуме была самой высокой за десятилетие голосований, начиная с выборов 2009 года, проведенных после кризиса 2008-го, погубившего финансовый сектор и благосостояние островной страны.

Следовательно, результат референдума мог быть совершенно иным, учитывая способность исландских избирателей полностью менять свои внешнеполитические предпочтения. Так, сторонник евроинтеграции Исландии, исследователь ее политики Бальдур Торхальссон еще в 2020 году зафиксировал факт, что при отсутствии работы местных евроинтеграторов (и самого ЕС) с общественным мнением исландцев те не только не сохранят свои настроения по статус-кво в отношениях с ЕС, а напротив, станут евроскептиками. Поэтому то, что произошло сейчас, — не следствие интернет-манипуляций троллей Маска или Путина, а общий агитационный провал местных евроинтеграторов и официального Брюсселя, которому нечего было предложить рядовым исландцам.

Голосовать, чтобы не голосовать

Юридических последствий провал ЕС в Исландии иметь не будет. Референдум на острове — консультативный, а не обязательный, и политический вес ему придает только способность простых исландцев организовывать местные майданы. Так, 30 марта 1949 года исландские социал-демократы штурмовали местный парламент, чтобы не дать стране вступить в НАТО, а в 2008–2009 годах исландцы свергли правительство, которое привело страну к развалу банковской системы и не смогло договориться о долгах исландских банков перед вкладчиками из других стран. Помня об этом, действующее правительство решило «подуть на воду» и не педалировать тему сближения с ЕС сверх статус-кво. Тем более что нынешнее правительство сформировано коалицией «лебедя, щуки и рака» в вопросе вступления в ЕС: социал-демократы — традиционные драйверы сближения острова с Европой, либеральные реформисты — сторонники членства страны в Евросоюзе при условии, что последний отступится от претензий на контроль над исландской рыбой, тогда как Народная партия — как минимум новоявленные евроскептики или даже евроненавистники, которых, подобно жестким брекзитерам в Великобритании, не устраивают даже нынешние отношения Исландии с ЕС — членство в Шенгенской зоне и Европейской экономической зоне, а также ее участие в Третьем европейском энергопакете. Для этих трех партий референдум был возможностью перенести конфликт элит по поводу евроинтеграции внутри правительства на третейского судью — народ, который и решил в конце концов, что достигнутого уровня евроинтеграции достаточно.

Референдум — не начало и не конец. Это конец начала

Если смотреть с украинской евроинтеграционной колокольни, то исландцев понять невозможно, поскольку в нашей максималистской логике есть только «да» или «нет»: полноценное членство в ЕС или его отсутствие. При этом полное выполнение Соглашения об ассоциации Украины с ЕС без дальнейших радикальных шагов нас не устраивает. У исландцев позиция в отношении ЕС иная. Их как убежденных националистов-суверенистов Европа в целом и Евросоюз в частности сами по себе никогда не интересовали. Тем более как идеологический ценностный выбор. На протяжении всей истории существования Европейских сообществ, а теперь и ЕС, их интересовала (и интересует) исключительно бухгалтерия соотношения выгод и затрат от членства в них при условии сохранения за собой «неразменного пятака» — исключительных прав на вылов рыбы (трески и сельди) в своих территориальных водах и исключительной морской экономической зоне без чьего-либо постороннего участия. Из-за этого Исландия инициировала несколько жестких гибридных конфликтов подряд — «тресковых войн» против Британии и ее партнеров — Европейских сообществ в 1950–1970-х годах, и ради сохранения контроля над выловом даже готова была предать НАТО и перейти на сторону СССР.

Исландский калькулятор

Если речь не идет о рыбе и священной для националистов корове — суверенитете в целом, исландцы готовы заходить довольно далеко в бухгалтерии ЕС. Так, они вошли в зону свободной торговли с Европейскими сообществами — предшественниками ЕС, которая сейчас является зоной свободной торговли между членами ЕС и ЕАСТ (кроме Швейцарии), согласились на участие в Шенгенской зоне и адаптацию большинства норм европейского права, за исключением, опять же, норм, касающихся рыболовства и сельского хозяйства. Поэтому во многих измерениях Исландия уже является членом ЕС и пользуется его «четырьмя свободами» — движения людей, капиталов, товаров и услуг. Хотя и не имеет права участвовать в принятии им решений через Европарламент, Еврокомиссию и Совет ЕС и получать средства из его фондов. Более того, Исландия была готова в 2008 году последовать примеру Черногории, Косово и европейских микрогосударств (Монако, Сан-Марино, Ватикана, Андорры) и в одностороннем порядке сменить свою крону на евро, передав тем самым контроль над своей монетарной политикой Европейскому центробанку — ради сохранения стабильности цен и избежания инфляции в своей стране. И эти уступки Рейкьявика в пользу ЕС не были окончательными: они предусматривали, в частности, и возможность формального членства в нем. Для этого, собственно, в 2009 году Исландия и подала заявку на вступление в Европейский Союз по инициативе тех же социал-демократов и их союзников — партий-еврофилов.

Впрочем, условием такого движения Исландии в любом случае была не только прагматичная бухгалтерия, но и обязательное сохранение того же «неразменного пятака» — суверенитета прежде всего над своими водами и землями, рыболовством и сельским хозяйством, источниками гидро- и геотермальной энергии, права не внедрять нормы ЕС в этих (и других) сферах, как пожелает Исландия.

По сути, это были аналоги уникальных прав, которые в качестве исключения завоевала для себя в ЕС бывшая метрополия Исландии — Дания: права никогда не вводить евро и не участвовать в Европейском экономическом и валютном союзе, права не участвовать в европейском сотрудничестве по вопросам внутренних дел и юстиции, Общей политике безопасности и обороны, а также права жителей королевства иметь одно гражданство, а не два — исключительно датское подданство без европейского гражданства. И это то, за что боролся сторонник членства Британии в ЕС Дэвид Кэмерон: остаться в Союзе, но на лучших условиях, чем раньше, — не участвовать в общей монетарной и миграционной политике, в политической интеграции внутри ЕС, не финансировать мигрантов из ЕС в Британии и иметь право защищать финансовый бизнес Лондона от конкурентов с материка. Которых, впрочем, ненавистники Европы из Консервативной партии и Партии независимости Соединенного Королевства уничтожили, выведя Британию из ЕС на референдуме 2016 года.

Британия — для Исландии: и враг, и образец

Ирония судьбы в том, что когда Исландия с подачи ее еврофилов действительно серьезно хотела вступить в ЕС в 2008–2009 годах на воих условиях, именно Британия как член Евросоюза намертво остановила интеграцию Исландии с Европой и сформировала ненависть к ней простых исландцев. Официальный Лондон заявил, что ЕС не предоставит ни евро (или даже кредита) помощи Исландии, страдавшей от глобального финансового кризиса, пока исландцы не выплатят до последнего цента вклады британцев в обанкротившихся банках острова. Поскольку залогом по британским вкладам в исландских банках была страшно переоцененная до 2008 года исландская недвижимость, а других ресурсов для выплаты средств исландцы не имели, они отказали Британии в компенсациях по вкладам. Как следствие, Британия (с Нидерландами) заблокировала движение Исландии в ЕС, а обращения Рейкьявика напрямую к европейским институтам в Брюсселе не возымели эффекта, поскольку евроструктуры устранились от этой проблемы. После этого исландцы пришли за кредитом к КНР, которая помогла решить их финансовые проблемы, но похоронила любую перспективу членства острова в Союзе вплоть до последних угроз Трампа Гренландии и Исландии.

Вторая ирония судьбы в плане отношений Исландии с ЕС тоже была связана с Британией. После Брекзита правительство Исландии надеялось, что его позиция в отношении ЕС только укрепится благодаря Британии, как и статус ЕАСТ, к которой когда-то принадлежала последняя. Впрочем, позиции ненавистников Европы в Исландии Брекзит таки усилил, приведя их к идеям о выходе Исландии из Шенгена, ЕАСТ и Европейской экономической зоны с ЕС, но позицию островного государства по отношению к Европе Брекзит никак не укрепил.

Поэтому сейчас исландское общество разделено на три неравные части: категорических ненавистников Европы — сторонников полного разрыва связей с ней в стиле «лучше Брекзит без соглашения, чем с плохим соглашением», сторонников сохранения достигнутой интеграции Исландии с ЕС и сторонников членства — опять же, на исландских условиях. Без права европейцев на исландскую рыбу.

Поэтому пока европейцы не готовы на уступки по вопросу рыбы, даже благосклонные к ним исландцы не будут двигаться вперед в евроинтеграции пусть и при условии успешного референдума, поскольку любой процент сближения острова с ЕС и любые закрытые разделы переговоров разобьются о требование адаптации Исландией европейских норм по рыболовству и сельскому хозяйству и уступки Брюсселя Рейкьявику в соответствующих разделах переговоров. Учитывая, что ЕС не демонстрирует никаких уступок своим сторонникам в Исландии в этих вопросах, ожидать изменения позиции сторонников статус-кво и ненавистников Европы на острове касательно ЕС не приходится. Скорее наоборот.

Изменения возможны. Благодаря Трампу

Провал консультативного референдума и отсутствие уступок Европы Исландии не означают, что исландские националисты — евроскептики и евроненавистники — не уступят сами. Но это зависит не от них, а от современной Америки. Если США все-таки совершат агрессию против Гренландии, а ЕС окажет им эффективное сопротивление, выбирая между аннексией своей страны Америкой Трампа и полной потерей контроля над островом и рыбой и сохранением хоть какой-то доли суверенитета и рыбных прав под властью Брюсселя, исландцы выберут второе. Но пока это очень гипотетический сценарий.