Ляшко: «скорая» не должна выезжать, чтобы измерить давление или поставить капельницу

Министр здравоохранения Виктор Ляшко призвал украинцев вызывать скорую медицинскую помощь только в тех случаях, когда жизни человека угрожает опасность. По его словам, по поводу рутинных процедур следует обращаться к врачу первичного звена. Он также объяснил, как работают медицинские учреждения во время желтого и красного уровней воздушной угрозы. Об этом министр заявил в среду, 23 сентября, в эфире телемарафона.

«Скорая медицинская помощь и является скорой именно потому, что сам диспетчер решает, насколько важно отправить в этот конкретный момент бригаду скорой медицинской помощи», — подчеркнул Ляшко. Обращаясь к украинцам, он пояснил, что это «точно не та помощь, которая должна приехать, чтобы кого-то прокапать или измерить давление». В таких случаях нужна консультация семейного врача, а «скорая медицинская помощь приезжает в экстренных случаях, когда существует угроза жизни».

Согласно приказу Минздрава № 583, бригаду направляют, в частности, когда человек потерял сознание или у него судороги, внезапно перестала дышать или задыхается, испытывает внезапную боль в груди, внезапно потеряла зрение, речь или силу в конечностях. Основанием для выезда являются также сильное кровотечение, осложнения беременности, анафилактическая реакция, укусы змей и пауков, опасные для жизни травмы, утопление или попадание инородных тел в дыхательные пути.

Высокая температура сама по себе не является поводом для вызова. Для инъекций, капельниц, перевязок, плановой замены катетеров, стоматологической помощи, удаления клещей, выписки рецептов и справок бригада не выезжает. Она также не выезжает к пациентам с обострением хронических заболеваний, если их состояние не требует экстренной помощи.

Правительственное постановление № 1271 делит вызовы на четыре категории. На критический вызов (отсутствие или неэффективность дыхания, массивное кровотечение) бригада должна прибыть в течение 10 минут, на экстренный (нарушение сознания, кровотечение, признаки острого коронарного синдрома или инсульта, нарушения дыхания) — за 20. Неэкстренные и непрофильные вызовы не предусматривают выезд. К пациенту с неэкстренным состоянием медиков могут направить только при наличии свободных бригад и отсутствии доступа к семейному врачу. В непрофильных случаях человека консультируют по телефону.

Во время тревог, в частности красного уровня, «скорая» работает, заверил министр. «Сегодня уже отработаны все алгоритмы, как мы координируем свои действия с ГСЧС по выезду на места происшествий, чтобы избежать повторных выездов в те места, где уже есть пострадавшие и где уже ведется разбор завалов. Мы видим, какая угроза и куда она направлена, чтобы можно было подавать сигнал о том, что скорая медицинская помощь может выезжать», — пояснил Ляшко. Цель в том, чтобы среди медиков и спасателей не было жертв. Иногда сотрудник службы экстренной помощи находится непосредственно в диспетчерской ГСЧС.

Отдельно Минздрав урегулировал работу медицинских учреждений во время тревог. Министр рассказал, почему это понадобилось: «Когда объявлялась воздушная тревога, поликлиники прекращали прием, люди выходили из здания и скапливались перед входом. Когда на территорию рядом с медицинскими учреждениями попадали снаряды, летящие осколки могли ранить людей, стоявших возле поликлиник».

При желтом уровне учреждения здравоохранения продолжают работать. Люди могут и должны оставаться в помещениях, которые потенциально защищают от осколков при близком взрыве. Красный уровень объявляют, когда существует угроза массированной атаки «шахидов» или ракетного удара. Тогда медики должны спуститься в укрытие, «но те оперативные вмешательства, которые нельзя прервать в момент объявления тревоги и прекращение которых может привести к гибели человека, не прерываются, а завершаются».

Операции не прерывали и раньше, отметил Ляшко. Новые правила нужны, чтобы юридически защитить руководителей медучреждений: «У нас потом возникали некоторые юридические коллизии: нужно ли было останавливать оперативные вмешательства или нет».

Пациенты при «красном» уровне тоже должны спускаться в бомбоубежище. В отношении реанимаций и лежачих больных Минздрав применяет, по словам министра, «разумный подход, когда мы понимаем, за сколько минут можно эвакуировать отделение». «Например, травматологическое отделение, где все 50 коек заняты лежачими больными: мы понимаем, что за три минуты физически невозможно спустить их в бомбоубежище. Поэтому здесь предложены другие меры, в частности, дополнительно защитить отделение с помощью соответствующих бронерулонов, бронепленки на окнах, уменьшить количество коек в палате и расставить их как можно дальше от оконных проемов, чтобы во время взрывов в зоне поражения не оказались пациенты», — привел пример Ляшко.

Во время разговора с диспетчером важно четко отвечать на вопросы и назвать точный адрес. О том, чем экстренная помощь отличается от неотложной и чем грозит ложный вызов, говорится в статье ZN.UA «Экстренно или неотложно?» обозревательницы отдела образования, науки, медицины и экологии DT.UA (до 2019 года) Ольги Скрипник.