Черновицкая врач удочерила новорожденную, от которой отказалась мать и 4 пары усыновителей: продолжение трогательной истории

Черновицкая врач Марина Скорейко, удочерившая ребенка, от которого отказалась мать и 4 пары усыновителей, находится в очереди на усыновление второго ребенка.

О незаурядной истории Марины Скорейко публично стало известно в апреле этого года, хотя девочку Эмилию она удочерила некоторое время назад, когда ребенку было 4 месяца. Во время процесса удочерения врачи, которые заботились о ребенке, сообщали о своих подозрениях на сложные диагнозы у ребенка, но Марина Скорейко поставила их под сомнение и по большому счету не ошиблась. Сейчас девочке почти три года.

Как Эмилия удивляет свою новую маму и о том, как живет эта девочка, как идут поиски еще одного ребенка — обо всем этом Марина Скорейко рассказала в комментарии для ТСН.ua, находясь с дочерью на отдыхе в Италии.

«Я удочерила Эмиличку, когда ей было 4 месяца. В мае 2026 года исполнилось 2 года, как мы вместе. Ей сейчас 2 года и 7 месяцев. Я наслаждаюсь каждым этапом ее развития и вижу, что она развивается как здоровый ребенок, живущий в семье», — рассказывает Марина Скорейко.

И добавляет: «Известно, что у части детей, находящихся в учреждениях (приютах — Ред.), есть задержки. Например, в речи. Позже начинают говорить, есть нарушения координации движений, есть много других осложнений из-за того, что касательно них используется групповой метод воспитания. Наблюдаю и радуюсь тому, что Эмилия очень характерная. Дочь может четко сказать чужому человеку, что чего-то она не хочет и не будет делать. Находящиеся в приюте дети испытывают дефицит тактильности, они могут подбежать к чужим людям и начать обниматься. Когда какой-то человек на улице начинает прикасаться к Эмилии, дочь смотрит на меня и говорит человеку, что я ее — мама. Это очень трогательно. Когда возникает какая-то неизвестная ситуация или опасность, Эмилия сразу идет ко мне и говорит: «Это моя мама». Ей важно, чтобы я была в поле ее зрения, она точно знает, что мама решит ситуацию».

По словам Марины Скорейко, абсолютно все подозрения на диагнозы ребенка впоследствии были сняты.

«Было 7 подозрений на диагнозы. Речь шла о подозрении на поражение мозга, пороки сердца, несформированное зрение и прочее. Сейчас Эмилия пошла в детский садик, посещает его две недели. Она совершенно здоровый ребенок, идет на контакт. Сначала Эмилия не хотела там есть, но сейчас говорит воспитательнице: «Тетя, помоги мне кушать», — делится наблюдениями врач.

На вопрос о том, сложно ли ей самой воспитывать ребенка, она ответил так: «Я считаю, что и не самому сложно воспитывать. Без поддержки практически невозможно. В моем случае очень серьезная поддержка со стороны моих родителей. Они, мои родители, сами являются приемной семьей. От государства я получаю помощь в размере 860 гривен (ежемесячное пособие для ребенка до 3 лет — ред.), но мы понимаем, что это — ни о чем. Однако у меня хорошая работа, благодаря которой я зарабатываю. Кроме того, моя работа позволяет, что ребенок может быть рядом. Это очень важно. Конечно, есть планы, чтобы у Эмилии был папа. Я хочу и родить ребенка, но когда будет семья».

При этом врач замечает, что некоторое время назад, в декабре, становилась в очередь ради второго ребенка.

«Я была 21-й. В июле я была уже 13-й. Это половина очереди за полгода. Это очень хорошая динамика. Возможно, через полтора года подойдет и моя очередь. Некоторые люди вышли из очереди. Я очень хотела бы, чтобы это была девочка и чтобы она была младше Эмилии. В идеале — новорожденный ребенок», — говорит Марина Скорейко.

Резюмируя, она делится наблюдением о том, что оправдалась мысль о том, что дом, принявший сироту, никогда и ни в чем не будет иметь недостатка:

«Например, сейчас мы с дочуркой приехали отдохнуть в Италии. Мы здесь были летом, нам понравилось, потому мы решили повторить путешествие. Сама я из простой семьи — мама у меня домохозяйка, отец — бухгалтер предприятия».