«Поездка может занимать два часа в одну сторону»: Беспалов — о последствиях ударов по Южному мосту Киева

1 октября российская армия несколько раз атаковала Южный мост в Киеве. Днем два беспилотника попали вблизи опорной части сооружения, из-за чего движение метро и наземного общественного транспорта по мосту временно приостановили. После обследования специалисты не обнаружили критических повреждений сооружения, однако вечером россияне вновь нанесли удар по Южному мосту. В результате удара были повреждены опора моста, отбойник, дорожное покрытие и бетонное защитное ограждение метрополитена, после чего движение по мосту вновь приостановили.

В интервью Главреду транспортный эксперт Дмитрий Беспалов рассказал, могут ли удары по мостам вызвать транспортный коллапс в Киеве, сколько времени может потребоваться на восстановление поврежденных сооружений, и как длительное перекрытие мостов может отразиться на экономике и жизни столицы.

Россияне нанесли удары беспилотниками по Южному мосту, уже появлялась информация, что и другие мосты в Киеве могут оказаться под атакой. Как сейчас следует оценивать эту ситуацию и какие последствия могут иметь системные удары по мостам в столице? Насколько все серьезно?

Россияне сейчас настолько широко работают по различным объектам: нанесли удар по магазину - сразу появляется информация, что у них якобы есть целый перечень магазинов, по которым они планируют наносить удары; то же самое касается административных зданий и других объектов. Возможно, у них действительно есть определенные списки целей, но их возможности не безграничны. Это тоже нужно понимать.

Что касается удара по мосту, меня поразил другой момент. Раньше "Шахеды" и другие подобные средства поражения нас беспокоили, но, насколько я понимаю, они не могли настолько точно попадать в конкретную цель. Мост - большое сооружение, однако его отдельные узлы, повреждение которых может иметь серьезные последствия, имеют ограниченные размеры и конкретное расположение. Просто бить по бетону или взрываться рядом с ним - это одно. Да, могут быть определенные повреждения, тем более что некоторые наши мосты очень старые, а некоторые находятся в аварийном состоянии. Но таким образом разрушить мост вряд ли возможно.

Можно вспомнить Антоновский мост, который россияне фактически месяц подтачивали, прежде чем там начали обрушаться пролеты. Но если россияне способны очень точно поражать конкретные узлы моста, фактически с точностью до десятков сантиметров, - это плохие новости. В таком случае нашим мостам потребуется дополнительная защита.

Я и раньше читал мнения специалистов о том, что такие стратегические сооружения необходимо защищать. Это можно делать с помощью специальных сеток, других конструкций и укреплений. Если враг действительно может наносить столь точные удары, отдельные узловые элементы придется дополнительно защищать. В то же время я не хотел бы комментировать, какие именно элементы мостов разных типов являются наиболее уязвимыми. Это конфиденциальная информация, поэтому корректнее об этом не говорить.

Тогда поговорим именно о транспорте. Появлялась информация, что Южный мост имеет большое значение, в частности, для движения грузовиков. Если движение по нему будет ограничено, как это скажется на транспортном сообщении между двумя берегами Киева?

Сразу отмечу, что буду говорить гипотетически, потому что точных планов противника я, конечно, не знаю. Но я думаю, что вряд ли главная цель здесь - именно грузовики. Они могут пользоваться другими мостами Киева, где разрешено автомобильное движение. Например, по мосту Патона движение грузовиков запрещено, но есть Дарницкий мост, Подольский мост. То есть для грузового транспорта это не будет столь большой проблемой.

Мне кажется, что выбор Южного моста может быть связан с метрополитеном. Тем более что мы разрешили метро работать во время "желтой" воздушной тревоги, а сейчас в Киеве она фактически длится большую часть времени.

На мой взгляд, первоначальный замысел врага может заключаться в том, чтобы максимально осложнить жизнь Киева и подорвать экономику. Кстати, удары по различным гражданским объектам вообще похожи на террор. Это не выглядит как чисто военный план, направленный на уничтожение определенных военных возможностей. Они понимают, что этот мост и транспортное сообщение между берегами имеют огромное значение для экономической, социальной и в целом повседневной жизни Киева. Соответственно, они могут пытаться нарушить это сообщение.

Как специалист по транспортному планированию в мирное время я могу объяснить, к чему приводит ухудшение транспортной доступности. Если люди теряют возможность за разумное время добраться из одной точки в другую, когда поездка длится не 45 минут, как предусмотрено государственными строительными нормами (ГСН), а полтора, два, три или четыре часа, это прежде всего подрывает экономическую активность. Кроме того, это будет создавать огромное психологическое давление. Представьте: человек два-три часа проводит в дороге, а над ним все это время летают "Шахеды". Более тяжелого психологического давления сложно представить. Поэтому, мне кажется, замысел именно такой.

Если Россия начнет систематически атаковать не только Южный, но и другие мосты Киева, реально ли таким образом парализовать город?

Полностью парализовать Киев таким способом вряд ли возможно. Разве что на определенный промежуток времени. У нас уже бывали ситуации, например во время сильных снегопадов, когда город фактически переживал транспортный паралич. Но в целом полностью остановить Киев невозможно.

В то же время можно ослабить экономическую активность, вызвать отток населения, парализовать работу отдельных учреждений. Могут быть и дополнительные человеческие жертвы, например из-за того, что экстренный транспорт не сможет вовремя добраться до места назначения. То есть как террористическая операция это вполне может сработать: создать физически и психологически невыносимые условия, запугать людей.

Насколько быстро можно отремонтировать и восстановить движение после удара? Ведь мы видели кадры ударов РФ возле опоры Южного моста.

Это сложный вопрос. Во-первых, многое зависит от самого оружия. Например, советник президента Сергей "Флеш" Бескрестнов говорил, что россияне создали для дронов некий кумулятивный режущий заряд. Я сразу подумал: если они разрабатывали его для опор ЛЭП и кабелей, то теоретически подобный принцип может использоваться и против вантов - стальных тросов моста.

Поэтому последствия будут в значительной степени зависеть от типа оружия. Фактически никто не испытывал в реальных условиях, что будет происходить с такими сооружениями под систематическими ударами современного оружия. Исключением в определенной степени можно назвать Антоновский мост в Херсоне, но и оружие постоянно развивается. Современные технологии позволяют создавать совершенно новые и очень опасные средства поражения, поэтому назвать конкретные сроки ремонта я не могу.

Есть еще одна проблема. Мост, в отличие от человека, нельзя просто поместить в аппарат МРТ или КТ и сразу увидеть, что происходит внутри конструкции. Могут возникнуть скрытые повреждения, которые не проявляются сразу. Во время первичного визуального осмотра можно увидеть, например, повреждения бетона и решить, что в целом конструкция выглядит нормально. Но могут быть последствия, которые проявятся позже.

Такие отложенные эффекты могут накапливаться, особенно если противник будет систематически применять одну и ту же тактику. В определенный момент может возникнуть необходимость в длительной экспертизе, чтобы определить, можно ли вообще продолжать эксплуатацию конструкции. В мирное время, если бы на мосту произошел взрыв, его, скорее всего, закрыли бы на некоторое время, провели бы инструментальные измерения, наблюдали бы за состоянием конструкций и только после этого разрешили бы движение.

Но в нынешних условиях Киев не может себе этого позволить. Это тоже создает опасность - пробки, воздушные атаки и т. п.

Какой может быть альтернатива, если один или несколько мостов придется перекрыть? Как тогда людям добираться с левого берега на правый и наоборот? Ведь еще до введения "желтых" и "красных" тревог в Киеве каждый раз происходил коллапс во время длительных тревог.

Транспортного коллапса, скорее всего, не будет. Но среднее время поездки может значительно увеличиться. Время и стоимость поездки - вещи взаимосвязанные. Если сейчас по нормативам речь идет примерно о 45 минутах, то после перекрытия нескольких мостов поездка может длиться полтора-два часа в одну сторону.

Это огромные социально-экономические потери для города. Растет экологическая нагрузка, ухудшается безопасность дорожного движения, возникает много других негативных последствий. Но именно транспортного коллапса может и не произойти, потому что транспортная система полностью перераспределится, так как люди будут пытаться к этому приспособиться.

Условно говоря, если в Киеве останется один доступный мост, люди начнут ездить на работу в пять утра. Если и это не поможет, кто-то сменит место работы. Если до определенного места физически невозможно добраться, человек просто перестанет туда ездить. Благодаря таким индивидуальным решениям город постепенно будет подстраиваться. Но это вынужденная адаптация, которая будет иметь серьезные последствия. Это ударит и на местном уровне по семейным бюджетам: людям придется тратить больше на дорогу, возможно, менять работу с более высокой зарплатой на менее оплачиваемую только потому, что до первой невозможно нормально добраться. То есть это станет серьезной проблемой, но не катастрофой в смысле полной остановки города.

Другое дело - экстренный транспорт. Если из-за пробок скорая помощь или другие службы не смогут вовремя приехать, тогда возможны уже человеческие трагедии.

Мои коллеги иногда шутят, что Киев нужно разделить на два города - левобережный и правобережный. Это, конечно, шутка, но в ней есть доля логики. Левый берег должен становиться более самодостаточным: там должно быть больше рабочих мест, медицинских, социальных и других услуг, чтобы у людей было меньше причин постоянно ездить на правый берег. И, думаю, этот процесс уже в определенной степени происходит.

Кроме того, через мосты проходят инженерные коммуникации. Например, часть систем, связанных с водой, зависит от соединения между берегами. Но здесь важно разделять две вещи. Сам мост быстро восстановить невозможно. А вот восстановить трубу или другую инженерную коммуникацию - это уже не такая сложная задача.

Если стоит задача просто восстановить коммуникации на поврежденном мосту, это технически можно сделать значительно быстрее, чем построить новый мост. Однако новый мост через Днепр - это колоссальные затраты. Немецкие коллеги в свое время подсчитывали это на примере моста Патона и получали оценку примерно в 300–500 миллионов евро.

То есть большой мост через Днепр такого класса - это примерно полмиллиарда евро. Где взять такие средства, особенно во время войны, - вопрос риторический.

Насколько Киев в целом зависит от мостов? Что будет означать для города длительное закрытие хотя бы одного из них?

Когда мы с коллегами рассказывали иностранцам о транспортной ситуации в Киеве, то часто показывали один очень красноречивый слайд. Распределение населения между берегами примерно таково: более 40% жителей проживают на левом берегу, остальные - на правом. То есть население распределено почти поровну, хотя левый берег несколько более густонаселен из-за многоэтажной застройки.

А вот с рабочими местами ситуация совсем иная. По довоенным данным, соотношение составляло примерно 80 к 20: около 80% рабочих мест - на правом берегу. Поэтому если вы живете на левом берегу, то с большой вероятностью работаете на правом. Там значительно больше предложений рабочих мест: офисы, государственные учреждения, министерства, много медицинских учреждений.

Именно поэтому транспортное сообщение между берегами имеет столь большое значение. Если мы ухудшаем транспортную доступность между левым и правым берегами, город не останавливается. Но если дорога начинает занимать два часа, возникает другая проблема. Вместо того чтобы работать, отдыхать, учиться или пользоваться товарами и услугами, человек тратит лишний час утром и лишний час вечером просто на дорогу.

Это огромные социально-экономические потери. Транспортные планировщики, напротив, стараются сокращать время поездок, потому что это стимулирует экономику. Чем быстрее люди и товары перемещаются по городу, тем активнее работает экономика.

Поэтому я думаю, что цель таких атак может заключаться не столько в том, чтобы буквально парализовать Киев, сколько в том, чтобы сделать город менее комфортным и заставить часть людей уезжать. Если передвижение по городу становится чрезвычайно сложным и опасным, это начинает сказываться на малом бизнесе. Какой смысл в кафе, если туда никто не ходит, потому что людям опасно или слишком долго добираться?

Начинается цепная реакция, которая приводит к сокращению экономической активности и поступлений. К тому же Киев - столица, в определенной степени витрина страны. Сюда приезжают иностранные делегации. Раньше мы могли говорить, что город хорошо защищен, что здесь работают "Патриот". Сейчас ситуация воспринимается уже иначе. И если сейчас еще некоторые делегации приезжают, то это может быть ненадолго.

Если Россия будет продолжать такие атаки, как может развиваться эта цепная реакция для Киева?

Удар по мосту - лишь один из эпизодов. Он не является чем-то отдельным от ударов по другим объектам - один только удар по НАНУ чего стоит. Если условно разделить эту политику террора на блоки - административный, научный, образовательный, транспортный и т. д., - то удар по мосту абсолютно логично вписывается именно в транспортный блок.

Враг знает нашу транспортную систему и понимает ее уязвимые места. По одному из таких мест он и нанес удар. Отсюда следует, что мы тоже должны знать свои слабые места и стараться их защищать, если это возможно.

Кроме того, нам, пожалуй, придется в большей степени перераспределять активность, как это было во время пандемии, и тщательнее планировать поездки. Хотя при нынешней интенсивности атак даже сложно сказать, как именно это правильно делать.

Положительного здесь мало. Единственное, что могу сказать как специалист по транспортному планированию: полного транспортного коллапса не будет. Чтобы он произошел, нужно, чтобы все люди продолжали вести себя так, будто ничего не изменилось: никто не перешел на удаленную работу, никто не отказался от поездки в кафе или кино, все продолжили совершать те же самые поездки.

Но этого не произойдет. Люди будут менять свое транспортное поведение. Если же, например, полностью остановить наземный общественный транспорт и метро и заставить всех передвигаться на автомобилях, тогда да - можно получить пробки по три-четыре часа.

Люди рациональны и подстраиваются. То, что произошло сегодня, уже завтра скорректирует транспортное поведение части киевлян. Кто-то откажется ехать через определенный мост, потому что будет бояться повторного удара. Кто-то вообще откажется от поездки, кто-то, возможно, решит временно уехать из города. Поэтому Киев не остановится, но экономическая активность может постепенно сокращаться.

После российских ударов закономерно возникают разговоры об ответе Украины. Россия сама неоднократно наносила удары по мостам, в частности по Антоновскому. Может ли Украина применять подобную тактику против российской транспортной инфраструктуры, например, мостов?

Этот вопрос, пожалуй, больше к военным экспертам. Но могу сказать, что разрушить большой мост - очень сложная задача. Инженерия - это математика. И война, насколько я понимаю, тоже в значительной степени математика: каждое действие имеет свою цену.

Условно говоря, можно подсчитать, сколько средств поражения потребуется для разрушения конкретного моста с учетом их точности, вероятности перехвата и т. д. Ресурсы ограничены. И на большой мост, скорее всего, понадобится очень много средств поражения.

Если большая страна сосредоточится на одном объекте, она, пожалуй, в конце концов сможет его уничтожить. Но вопрос в том, сколько ресурсов она на это потратит, и останутся ли ресурсы на другие цели.

То же самое касается и нас. Мы тратим ресурсы на защиту, создание перехватчиков и другие средства. Все это нужно учитывать. Конечно, хотелось бы иметь эффективный симметричный или асимметричный ответ. Но это также вопрос ресурсов.

Кроме того, со стороны России мы видим террор. Если они наносят удары по гражданским объектам, это не означает, что мы должны действовать так же. Разрушение российских школ нам ничем не поможет.

Но определенное противодействие, конечно, должно быть. Это своеобразная дуэль щита и меча. И на нынешнем этапе меч, похоже, сильнее щита, если учитывать дефицит ракет для Patriot и другие факторы. Поэтому создание собственного эффективного "меча", то есть возможностей для сдерживания, может иметь большее значение, чем попытка построить условный "железный купол", который полностью защитит страну.

У противника слишком много ресурсов. И по нам летят не примитивные ракеты - применяются серьезные средства поражения. Соответственно, и затраты на защиту требуются значительно большие.