Тысячелетие жизни и говорящие животные: философ предсказал цивилизацию будущего

Философ Ник Бостром, известный своими предупреждениями о рисках искусственного интеллекта, продолжает рассматривать возможность «постчеловеческого будущего». Он предполагает, что люди смогут постепенно расширить свои ментальные возможности и открыть для себя новые формы существования. В то же время Бостром подчеркивает важность сохранения того ценного, чем человечество обладает уже сегодня.

Об этом Бостром рассказал в подкасте Interesting Times во время беседы с ведущим Спенсером Клаваном. Разговор касался его ранней статьи «Why I Want to Be a Posthuman When I Grow Up» («Почему я хочу стать постчеловеком, когда вырасту»), возможного продления человеческой жизни и перспектив трансформации человечества.

Клаван спросил Бострома, изменил ли философ своё мнение относительно идей, изложенных в этой работе. Бостром ответил, что по-прежнему разделяет их, однако считает важной саму траекторию развития человека.

По словам философа, вместо того чтобы прожить несколько десятилетий, накопить опыт и мудрость, а затем столкнуться с разрушением мозга, потерей воспоминаний и «старческим слабоумием», люди могли бы получить больше времени. Одним из возможных путей он называет терапию для продления жизни, которая позволила бы уменьшить страдания и не торопиться в поисках того, чем стоит заниматься.

«Есть люди, которые находят большую ценность в плетении корзин, другие любят ходить под парусом, кто-то становится музыкантом или просто изучает все эти великие книги… Большую книгу не хочется просто быстро пробежать глазами. С ней нужно пожить некоторое время, чтобы по-настоящему постичь её без спешки», — отметил Бостром.

В то же время Бостром допускает, что даже 150, 500 или 2000 лет жизни могут в конечном итоге перестать казаться достаточными. Он добавляет, что после длительного периода существования человек может почувствовать, что полностью реализовал себя в привычном человеческом состоянии и готов перейти на новый уровень.

Этот следующий этап, по его словам, мог бы предполагать расширение ментальных возможностей и способности к более глубокому восприятию. Так люди могли бы постепенно исследовать трансгуманистические формы бытия и открывать новые возможности, подобно тому, как в процессе эволюции из человекообразных обезьян возникли люди.

В очень отдаленной перспективе Бостром представляет себе развитие, которое может длиться миллионы лет и завершиться появлением «постчеловеческого суперразума планетарного масштаба». Такая сущность могла бы взаимодействовать с другими суперразумами и заниматься вещами, которые современный человек даже не в состоянии себе представить.

«Нам с нашей нынешней позиции трудно это оценить. Думаю, мы, в глубинном смысле, вообще не имеем об этом ни малейшего представления», — добавил философ.

Клаван в ответ заметил, что перспектива такого будущего может вызывать не меньшее беспокойство, чем сценарии катастрофы. Он объяснил это тем, что ценит человечество вместе с его ограничениями, болью и смертностью, а также считает красоту, справедливость, любовь и истину частями человеческой сущности. По словам Клавана, перспектива превращения в существ с целями и стремлениями, которые современный человек не способен понять, его не привлекает.

Бостром ответил, что понимает эту реакцию, но предложил сравнить возможную трансформацию человечества с взрослением ребёнка. Взрослый человек имеет другие интересы, мысли, личность и тело, однако это не означает, что взросление само по себе плохо для ребёнка.

«Думаю, в более широком смысле мы все, возможно, до сих пор остаемся детьми. И я надеюсь, что мы сможем и дальше развиваться, сохраняя при этом всё то ценное, что присуще нам с детства», — подчеркнул Бостром.

Философ добавил, что человечество может сохранить ценные черты, «одновременно добавляя новые слои к своей сущности». По его мнению, это позволило бы людям полнее реализовать свой потенциал, не ограничиваясь уже известными способами существования.

Бостром считает, что пространство возможных способов бытия, ощущений, действий и взаимодействия гораздо шире того, что человечество успело исследовать. Поэтому он считает «самонадеянным» предположение, что нынешнее состояние человека является наилучшим из возможных в этом пространстве.

При этом философ не представляет будущую трансформацию как индивидуальный процесс, в котором каждый человек самостоятельно принимает решения и движется в собственном направлении. Он предполагает, что это может быть сообщество или цивилизация, а возможно, и ещё более масштабная форма существования, которая будет развиваться вместе с другими разумными существами. Среди возможных участников такого будущего Бостром назвал животных, которые могли бы обрести способность говорить и участвовать в общественной жизни, а также цифровые разумы.

Ранее в книге «Глубокая утопия» Бостром рассмотрел гипероптимистический сценарий технологического прорыва. По его оценке, развитие сверхразума может привести к миру «после дефицита» и «постинструментальной эпохи», в которой алгоритмы будут выполнять весь экономически ценный труд при практически нулевых затратах и превзойдут людей даже в традиционно человеческих сферах, таких как воспитание детей.