Удары по Южному мосту в Киеве: что задумал Путин и устоит ли переправа под атаками

Россия начала атаковать реактивными дронами мосты в Киеве. 30 сентября на дорожное полотно Южного моста упали обломки беспилотника, а уже 1 октября противник дважды в день прицельно атаковал мост. В ночь на 2 октября удары по переправе продолжились и вечером повторились снова.

После первого удара по мосту днем на нем быстро возобновили движение автомобильного транспорта, а движение метрополитена не восстанавливали до отбоя тревоги. Под вечер в дорожное полотно снова попал БПЛА, на мосту начался пожар: как горят обломки на дороге, пассажиры могли наблюдать из окон поезда, который в этот момент проезжал по Южному мосту.

В результате попадания БПЛА, по предварительной информации, повреждены мостовая опора, отбойник, дорожное полотно и защитное бетонное ограждение метрополитена. Движение автотранспорта и поездов метро по мосту временно закрыли.

ТСН.ua выяснял, что стоит за атаками россиян на Южный мост и возможно ли его уберечь от вражеских атак.

Мосты в Киеве: уязвимые места

По словам Дмитрия Беспалова, эксперта по транспортному планированию, все мосты Киева внеклассны, то есть их параметры не подпадают под стандартные типы мостов, поскольку сделаны по уникальным проектам, но все они построены по типовым схемам: вантовые, балочные, арочные, рамные и комбинированные. Южный мост — вантовый. И у каждой типовой схемы есть свои плюсы и минусы и соответственно свои уязвимые места.

«Если удар российского „Шахеда“ попадет в бетонную часть Южного моста, то с его конструкцией ничего страшного не произойдет. Но на каждом мостовом сооружении есть слабые узлы, а поражение их боеприпасами, особенно систематически и целенаправленно, может привести к потере несущей способности определенных элементов, и, как следствие, всего сооружения», — рассказывает ТСН.ua Дмитрий Беспалов.

То есть значительный ущерб Южному мосту враг может нанести, если будет систематически бить в одно из слабых его мест, а это очень сложно сделать, учитывая масштабы сооружения.

«Разрушить Южный мост дронами врагу не удастся. Для разрушения нужно что-то гораздо более мощное и в большом количестве. Я не военный эксперт, но, думаю, это чисто математическая задача, как это когда-то было с Антоновским мостом на Херсонщине. То есть, существует конкретное количество средств поражения, которое нужно использовать для того, чтобы вывести из строя любой мост, разрушить его и сделать непригодным для эксплуатации. Чтобы это теоретически сделать с Южным мостом, понадобится десятки или даже сотни средств поражения», — объясняет эксперт.

Защита мостов через Днепр: помогут ли «мангалы» и металл

По словам Дмитрия Беспалова, защитой для конструкций моста могут служить металлические экраны или сетки из арматуры по типу тех, которые используют для защиты танков на фронте.

«Такие конструкции называют „мангалами“, их устанавливают на танках. Они необходимы для того, чтобы взрыв произошел не рядом с конструкцией моста, а максимально отдаленно. На Южном мосту есть конкретные места, которые следует защитить такими конструкциями», — отмечает Беспалов.

Враг может повредить ванты моста. Ведь недавно противник использовал «усатые» дроны, которым удалось взорвать и фактически срезать взрывом конструкцию ЛЭП. Поэтому над защитой моста нужно работать.

«Из этого всего можно заключить, что РЭБ и ПВО — большее эффективное средство для защиты Южного моста, чем сетки и экраны. К сожалению, ими весь мост не окутаешь. Он останется уязвимым для вражеских атак», — говорит эксперт.

Почему враг избрал именно Южный мост

В то же время Дмитрий Беспалов отмечает, что удары по Южному мосту — это не целенаправленное уничтожение переправы, а только транспортный компонент.

«Очень похоже, что у россиян есть список объектов в Киеве для поражения реактивными дронами и баллистикой: условные наука, логистика, управление и транспорт. А Южный мост попал именно в транспортную часть. Когда-то они целенаправленно били по трамвайному депо в Харькове, теперь решили и в Киеве выполнить такую задачу. Тем более это единственный мост, который в столице перевозит пассажиров по линии метро во время „желтой“ тревоги. Думаю, именно поэтому в Москве он обозначен как приоритетная цель, чтобы создать в городе транспортный коллапс, хаос на автодорогах и панику среди горожан», — заключает Дмитрий Беспалов.

Сменит ли Южный мост понтонная переправа и речной трамвай?

В пятницу движение транспорта на Южном мосту оставалось закрытым, когда его откроют — пока неизвестно, особенно после вечерней атаки. Между тем киевляне заговорили о необходимости сооружения понтонной переправы с левого на правый берег или запуска речного трамвая.

Но Дмитрий Беспалов отрицает такую возможность и объясняет почему:

«Дело в том, что у Киевского метрополитена одна из самых высоких среди общественного транспорта Киева провозных способностей, то есть способность перевозить определенное количество пассажиров за единицу времени. А речной трамвай и в помине не имеет такой провозной способности. Поэтому, даже если мы найдем флот для такого трамвая, даже если решим вопрос с причалами, то в таком случае сможем перевозить 1–2% от того, что может перевезти метрополитен. А что делать с 98% пассажиров? Если мы подключим автобусы, то сможем перевезти еще 5% от того, что перевозит подземка, а остальных — нет», — говорит транспортный планировщик.

Что касается прокладывания понтонной переправы, то Беспалов тоже сомневается, что это возможно.

«Здесь трудно сказать, хотя я получал образование в инженерном обеспечении войск, а это как раз тема установления понтонов, но такие длинные понтоны именно для гражданских целей, честно говоря, я не знаю, возможны ли. Я не уверен, что такие устанавливаются. Одно дело развернуть понтонную систему для войск и переправлять их. А другое дело установить и пускать там трафик — сомнительно. Я напомню, что любой киевский мост —это примерно 100 тысяч транспортных средств в сутки с большим весом и большим количеством. Потому мне кажется, что идея с понтонами альтернативой не станет реальностью. Понтоны, автобусы, речной трамвайчик — это только несколько процентов от того, что нужно», — отмечает Дмитрий Беспалов.

К этому он добавляет, что скорее всего городской трафик будет распределяться на другие киевские мосты.

«Кто-то из водителей будет отказываться от поездок. И возможно, как во времена ковида, пойдет немного на локдаун, например, поработать удаленно, встречаться удаленно. С другой стороны, это плохо для бизнеса, особенно для малого, который будет терпеть значительные убытки, как и во время коронавируса. И было бы неплохо власти такой бизнес сейчас поддержать», — говорит специалист.

Беспалов резюмирует: к сожалению, альтернативы мостам нет.

«Что касается потери одного моста, то Киев это переварит, два моста — тоже, но с горем пополам. Людям придется проводить много времени в пути. Если же потеряем больше половины мостов, то город не остановится, но транспортные потери будут огромными. И среднее время одной поездки в 3–4 часа может, к сожалению, стать реальностью», — заключает эксперт по транспортному планированию.

Удары по Южному мосту в Киеве: цель России и угроза энергетике

По мнению военного эксперта, генерал-лейтенанта в отставке Игоря Романенко, удары России по Южному мосту в Киеве — это часть стратегического подхода, цель которого — морально и психологически сломать Киев и киевлян. Сейчас россияне радуются кадрам огромных пробок в Киеве и тому, как люди идут пешком через перекрытый мост.

«Несмотря на пятый год войны, Путин и его окружение, как и в 2022 году, считают, что такими действиями могут принципиально повлиять на ситуацию в этой войне, поэтому не отходят от своей стратегии. После ударов по мосту в Киеве они снова взялись за нанесение ударов по энергетике», — отмечает эксперт.

Новое оружие РФ: как «усатые» дроны угрожают ЛЭП и АЭС

По словам Игоря Романенко, российские войска разработали специальную боевую часть для реактивных дронов (их уже прозвали у нас «усатыми»), оснащенную 40-килограммовым кумулятивным зарядом. Враг использует эти БПЛА для прицельного перерезания линий электропередач. В планах оккупантов применять такое оружие не только против обычных ЛЭП, но и для ударов по линиям, через которые поставляется электроэнергия от атомных электростанций.

«Что касается Южного моста, он выполняет важную функцию в жизни столицы, а значит, интересует Путина и является частью его стратегии. Прежде всего, на мосту работала единственная ветвь подземки, которая функционировала во время „желтой“ тревоги. Нанеся удары, они остановили работу метро и моста, а это сотни тысяч людей, которые теперь ищут возможность добираться с левого на правый берег и наоборот. Кроме того, остановлены грузовые перевозки через мост, а это проблемы со снабжением. Собственно, это и нужно Путину — паника, хаос и страх», — рассказывает ТСН.ua Игорь Романенко.

К этому эксперт добавляет, что Южный мост строился с расчетом на то, что он может выдержать единичные удары. И после нескольких ударов «Шахедами» серьезных повреждений он не получил.

«Но, учитывая возможности противника оперировать кумулятивными режущими зарядами, угроза мосту сохраняется. Если постоянно бить беспилотниками в одно место, можно вывести мост из эксплуатации. Собственно, к этому и стремится Путин: разъединить ветку метро между левым и правым берегами Киева, разрушить транспортное, а также логистическое сообщение и коммуникации, проложенные в теле моста. Поэтому именно на таких планах сосредоточились в Кремле», — отмечает генерал-лейтенант.

Почему сложно оградить киевские мосты от ударов беспилотников

К сожалению, существенного ресурса для ПВО разыскать не удалось при перераспределении средств защиты. А это, в свою очередь, послужило основанием для врага осуществить попытку атаковать мост.

«Как раз мосты в Киеве нуждаются в особой защите — это жизненные артерии города, особенно Южный. Но вопрос: где нам взять средства защиты, если у нас сплошной дефицит? Для защиты моста и сбивания реактивных дронов подошли бы зенитно-ракетные комплексы малой и средней дальности, а также переносные зенитно-ракетные комплексы, которые мы собственноручно уничтожили в свое время под давлением американцев», — говорит Игорь Романенко.

И добавляет, что от ударов реактивными «Шахедами» мост могут спасти металлические сетки.

«Они могут служить защитным вариантом, но они не должны быть тяжелыми, потому что это дополнительная нагрузка на мост, а его техническое состояние уже не из лучших. Поэтому вопрос защиты моста следует рассматривать комплексно», — говорит эксперт.

Угроза другим мостам столицы и новые ракеты врага

Что касается угроз для других киевских мостов, то военный эксперт отмечает, что здесь все будет зависеть от намерений противника.

«Если будет усилена защита Южного моста, то россияне могут переключиться на атаки других киевских мостов. Поэтому нужно в целом усиливать защиту переправ. Наша проблема в том, что мы все время почему-то пытались показывать россиян дураками, а это на самом деле не так — это коварный, хитрый и кровожадный враг. Их технические работники и ученые работают над новыми разработками и совершенствованием вооружения, и мы все это ощущаем на себе. Сейчас они влияют на нас реактивными «Шахедами». Нам нужно срочно искать противодействие и помнить, что на очереди новое испытание — усовершенствованные малые крылатые ракеты, которые могут лететь на расстояние 800 километров. Они значительно дешевле, и россияне могут запустить их в серийное производство. А если это произойдет, то будут наносить удары и вглубь страны. Мы уже должны наработать противодействие для этого испытания, потому что будет так, как с реактивными «Шахедами», — предупреждает Игорь Романенко.

Будет ли ответный удар по Крымскому мосту?

Эксперт отмечает, что после ударов по Южному мосту вполне адекватно будет нанести ответный удар по Крымскому (Керченскому) мосту.

«Это может быть одним из ответов Путину. Конечно, можно было бы нанести удар по мосту в Москве или Петербурге, но это опасно из-за возможности применения в ответ диктатором тактического ядерного оружия. Поэтому Керченский мост — это та цель, которая подходит: незаконное сооружение, военный объект. Украина уже пыталась положить его ко дну, но россияне стянули к мосту дополнительные средства защиты. И чтобы существенно повредить Крымский мост, нужно проводить мощную операцию — бить по нему из воздуха, суши и воды. И это вполне возможно. Я думаю, это будет достойным ответом и будет иметь значительные последствия в этой войне. Такой вариант рассматривался раньше и рассматривается сейчас», — заключает Игорь Романенко.