ВАКС не одобрил соглашение депутата Крапивина со следствием: в САП категорически не согласились с этим решением

Высший антикоррупционный суд отказался утвердить соглашение о признании вины с народным депутатом Украины IX созыва. Оно предусматривало передачу 15,98 млн грн государству и ВСУ. Специализированная антикоррупционная прокуратура категорически не согласилась с решением суда.

Прокуроры не уточняют имени депутата, однако из описания дела следует, что речь идет о народном избраннике от ОПЗЖ Александре Качном.

В САП отмечают, что суд вынес такое решение, несмотря на то, что обвиняемый народный депутат полностью признал вину в незаконном обогащении. Также политик согласился на специальную конфискацию 12,98 млн грн, выразил готовность перечислить 3 млн грн в поддержку Сил обороны Украины через благотворительный фонд «Компетентная помощь» и предоставил документы о наличии тяжелого заболевания, затрудняющего судебное разбирательство.

В то же время ВАКС аргументировал решение тем, что перечисление средств для нужд ВСУ на счета благотворительного фонда, а не НБУ или МО, не соответствует интересам общества. Кроме того, закрепление в соглашении обязанности перечислить деньги для нужд ВСУ благотворительному фонду, по мнению судей, лишает это действие признаков добровольности. Также суд якобы не может проверить соблюдение прав третьего лица — номинального владельца имущества, в отношении которого применяется специальная конфискация.

Однако в САП считают, что благотворительные фонды помощи Силам обороны пользуются высоким общественным доверием и оперативно направляют пожертвования непосредственно на нужды военных. Отмечается, что при перечислении денег на счета государственных органов общество лишено информации об их дальнейшем использовании, а благотворительный фонд предоставляет открытую и прозрачную отчетность.

Кроме того, отмечается, что обвиняемый сам решил включить условие о пожертвовании средств на нужды Сил обороны в текст соглашения со следствием для компенсации ущерба обществу. Антикоррупционные прокуроры подчеркивают, что ВАКС мог убедиться в добровольности такого волеизъявления во время заседания.

В ответ на третий аргумент суда в САП добавили, что ВАКС получил нотариально заверенное заявление третьего лица о полном согласии на спецконфискацию. Кроме того, во время допроса в суде этот человек подтвердил, что имущество было лишь формально оформлено на его имя.

Прокуроры убеждены, что отказ суда создает негативный прецедент и искусственные препятствия для применения института соглашений со следствием по делам о коррупции на высшем уровне. Прокуроры будут настаивать на продолжении рассмотрения дела в общем порядке для обеспечения принципа неотвратимости наказания.

По мнению руководителя направления «Правопорядок» Лаборатории законодательных инициатив Евгения Крапивина, коммуникация относительно решений суда должна быть более сдержанной.

Как отмечает эксперт в своём посте в Facebook, условия заключения соглашения определяют прокурор и подозреваемый, а роль судьи заключается лишь в том, чтобы проверить законность, добровольность соглашения и его соответствие общественным интересам. В данном же случае благотворительность стала единственным аргументом в пользу общественных интересов.

«При этом суд тщательно обратил внимание на проблему частных благотворительных фондов. ВАКС отметил, что благотворительные фонды самостоятельно распоряжаются средствами, поэтому подписанты соглашения и суд не смогут проконтролировать, пойдут ли деньги именно на заявленные цели. При этом существуют специальные прямые счета НБУ и Минобороны для ВСУ. Поэтому суд не смог убедиться, что такое условие в полной мере соответствует интересам общества… Но разница между частным фондом и государственным счетом для пожертвований есть», — пишет Крипивин.

Эксперт также утверждал, что пожертвования не могут быть предметом соглашения, это просто обстоятельство, характеризующее личность.

«Если человек делает пожертвование — пусть, это его личное дело, зачем указывать это в договоре. Просто укажите, что «сознательный гражданин делает пожертвования». Этот аргумент суда, на мой взгляд, самый интересный, поскольку поднимает дискуссию о добровольности обязательств, отраженных в соглашении. Тем более что в данном соглашении, если бы обвиняемые не взяли на себя такое обязательство, то и самого соглашения бы не было», — отмечает он.

Крапивин добавляет, что в части специальной конфискации квартиры как предмета неправомерной выгоды позиция САП представляется обоснованной, ведь суд получил заверенное заявление номинального владельца о полном согласии на специальную конфискацию, а также его показания во время допроса. Но, возможно, этого недостаточно, если суд считает, что специальная конфискация не может быть применена.

Евгений Крапивин констатирует, что это постановление ВАКС существенно отклоняется от ранее сложившейся практики судебного органа, где пожертвования в частные фонды систематически учитывались как смягчающие обстоятельства.

Он подчеркивает важность профессиональной дискуссии о юридической природе благотворительных взносов в уголовном процессе. По его мнению, частные пожертвования должны оставаться личным делом обвиняемого и не должны становиться предметом торгов при подписании соглашений о признании вины.

Напомним, в апреле НАБУ и САП сообщили о разоблачении действующего народного депутата Украины в незаконном обогащении на сумму 12,7 млн грн. По версии следствия, в течение 2020–2021 годов депутат стал владельцем активов, стоимость которых значительно превышала уровень его официально задекларированных доходов. В частности, он приобрел коттедж и земельный участок в селе Коблево на побережье Черного моря стоимостью 1,694 млн грн, а также купил квартиру в центре Киева площадью 132,6 кв. м и стоимостью 5,632 млн грн. Кроме того, он провел элитный ремонт и благоустройство этой квартиры на сумму 5,656 млн грн.