Конец эпохи великих сериалов: как стриминги проиграли войну телевидению

XXI век начинался как эпоха сериальных историй. На протяжении последних двадцати лет сериал занимал место, когда-то принадлежавшее большому роману. Он позволял годами оставаться рядом с героями, наблюдая за их жизнью, поэтому такие сериалы, как «Клан Сопрано», «Клиент всегда мертв» и «Во все тяжкие», могли не просто рассказывать истории, а исследовать, как со временем меняется общество.

Но теперь эпоха грандиозных десятичасовых фильмов окончательно уходит в прошлое. Попробуем разобраться, почему золотой век телевидения закончился и что приходит ему на смену.

Peak TV больше не вернется

Золотая двадцатилетняя эпоха сериалов, начало которой положил кабельный канал HBO, буквально на наших глазах переросла в настоящий стриминговый бум — и подошла к концу. Peak TV, как назвал эту эпоху еще в 2015 году руководитель телеканала FX Джон Ландграф, остался в прошлом, а индустрия уже несколько лет подряд сокращается: производство дорожает, поэтому крупных авторских проектов отныне будет значительно меньше.

Но это не значит, что хорошие сериалы закончились. Они будут всегда. Подошла к концу экономическая и культурная модель, благодаря которой на протяжении двух десятилетий крупный авторский сериал был одной из главных форм массового искусства. Когда «Клан Сопрано», «Безумцы» и «Во все тяжкие» стали культурными феноменами, другие телеканалы также начали делать ставку на престижные сериалы, чтобы опередить конкурентов. Затем стриминги, в первую очередь Netflix, возглавивший гонку, начали вкладывать миллиарды долларов в оригинальный контент, чтобы привлечь как можно больше подписчиков. Так художественные амбиции на определенное время самым удивительным образом совпали с бизнес-интересами.

Когда именно индустрия достигла пика, хорошо видно из статистики. В 2022 году в США вышло около 600 оригинальных сериалов. Уже в 2023-м их количество сократилось на 14% — впервые за десятилетие, если не брать во внимание ковидный 2020 год. А затем исчезла сама причина поддерживать такой поток сериального производства. Инвесторов перестало интересовать количество новых подписчиков — теперь они наконец захотели увидеть прибыль. И тогда выяснилось, что 600 сериалов никому не нужны. Модель, когда огромная команда год или два работает над сериалом, который почти никто не замечает (и его закрывают после первого же сезона), оказалась экономически бессмысленной.

По данным британской исследовательской компании Ampere Analysis, в 2022–2025 годах количество заказов на американские сериалы для стриминговых платформ сократилось примерно на 41%. Хотя в 2025-м американское производство немного восстановилось после падения, вызванного забастовками актеров и сценаристов 2023 года (они впервые за 63 года парализовали киноиндустрию США), но все равно составило лишь 76% от пикового уровня 2021 года. То есть можно говорить о новой, существенно более низкой норме производства сериального контента.

Как стриминги похоронили свою революцию

В то же время традиционное линейное телевидение оказалось устойчивее, а количество заказов на сериалы собственного производства с 2023 по 2025 год даже выросло на 11%. Причина проста: производственная модель телевидения давно построена на экономии и предсказуемости. Старое ТВ умеет делать дешевые многосезонные полицейские и медицинские процедуралы, ситкомы и реалити-шоу — в одних и тех же декорациях, с неизменным актерским составом и налаженным съемочным процессом. Поэтому час такого контента стоит значительно дешевле.

К тому же старому доброму телевидению не пришлось пережить собственный пузырь, как это произошло со стримингами. Впрочем, «устойчивее» здесь означает вовсе не процветание, а только то, что линейное ТВ теряет позиции медленнее стримингов.

И вот здесь начинается самое интересное. Золотой век сериалов уничтожило не традиционное телевидение — его уничтожил успех самого стриминга. Netflix приучил зрителя к почти безграничному выбору шоу на любой вкус. Конкуренты создали свои сервисы, и началась безумная гонка контента. А потом зритель просто утонул в выборе: двадцать платформ и полтысячи сериалов, на которые не хватает времени даже у профессиональных телекритиков. Так сериал из культурного события превратился в безликую единицу каталога.

В то же время появился конкурент, которого HBO времен «Клана Сопрано» просто не мог предвидеть. И это не другие телеканалы, а интернет-сервисы — TikTok, YouTube, Instagram и бездонная лента всего на свете, притворяющаяся видеоконтентом.

По данным исследования Deloitte 2026 года, около половины американских зумеров, то есть молодых людей до 30 лет, утверждают, что контент в соцсетях для них актуальнее традиционных фильмов и сериалов. Примерно столько же заверили, что чувствуют более тесную связь с авторами интернет-контента, чем с телевизионными актерами и ведущими.

В Украине аналогичной статистики нет. Но данные о медиапотреблении свидетельствуют о том же структурном сдвиге: молодой зритель все чаще выбирает YouTube и короткие видео вместо традиционного телевизионного контента. Теперь сериал соревнуется уже не столько с другим сериалом, сколько за то, чтобы зритель не отвлекался от него хотя бы сорок минут.

У прошлого есть будущее

Поэтому телевидение все чаще возвращается к проверенным решениям. Очень показательный пример — медицинский процедурал «Больница Питт», уже второй год подряд собирающий урожай «Эмми».

Один из главных сериальных хитов последних лет снят практически по рецептам телевидения тридцатилетней давности: действие в основном не выходит за пределы больницы, актерский состав почти неизменен, натурных съемок нет, серий много, выходят они еженедельно, а каждая стоит не больше 5 млн долл. Для сравнения, один эпизод «Паука-нуара» с Николасом Кейджем, который закрыли после первого же сезона, стоил как минимум в три раза дороже.

Именно такую модель производства сейчас сознательно продвигают как более устойчивую и экономичную. Еще в 2025 году телекритики заметили парадокс: будущее стримингового телевидения все больше напоминает его собственное прошлое.

Ирония в том, что 20 лет назад стриминги провозгласили смерть старого ТВ, а теперь эту дешевую модель производства, которую еще недавно считали устаревшей, представляют как инновационную стратегию. Так на стриминговые платформы постепенно вернулись реклама, пакеты услуг, еженедельный выпуск серий, спортивные шоу, прямые трансляции и процедуралы.

В результате дорогим и рискованным авторским проектам будет все сложнее конкурировать за финансирование с сериалами, уже имеющими свою аудиторию: франшизами, спин-оффами, экранизациями, в частности, популярных видеоигр, true crime и процедуралами. Deloitte прямо пишет, что ставка на фандом и уже известную интеллектуальную собственность позволяет снизить риски для инвесторов.

Простой пример: одной из главных сентябрьских премьер Prime Video стал первый полноценный спин-офф «Ричера», одной из ключевых франшиз платформы. Сериал о второстепенной героине вселенной «Ричера» Фрэнсис Нигли в исполнении Марии Стен одновременно вышел больше чем в 240 странах. Уже через неделю «Нигли» возглавила рейтинг в США и еще во многих странах, а впоследствии обогнала на Prime Video даже четвертый сезон «Ричера».

Где в Европе еще есть деньги на сериалы

Кризис сериального производства не ограничился США — он затронул и страны, которые десятилетиями определяли развитие телевизионной драмы.

Самый показательный пример — Великобритания, до сих пор остающася крупнейшим в Европе производителем сериалов до 13 эпизодов. Всего за год доходы независимых телепродюсеров здесь упали примерно на 400 млн фунтов, а количество новых заказов заметно сократилось. Эксперты предупреждают: под угрозой оказалась сама модель общественного вещания, благодаря которой BBC, Channel 4 и другие вещатели десятилетиями могли позволить себе сериалы с ярко выраженной британской интонацией — авторские, странные, рискованные, тесно связанные с местной культурой и поэтому совершенно непохожие на стандартизированный продукт глобальных стримингов.

Серьезные проблемы переживает и Скандинавия — Дания, Швеция, Норвегия и Финляндия. Именно отсюда начался бум Nordic Noir, а в 2000–2010-х годах регион стал одной из главных лабораторий европейского сериала. Сейчас производство заметно проседает: в 2024 году в Nordic Film & TV Fund подали на 35% меньше заявок на драматические сериалы, чем годом ранее, и на 43% меньше, чем в 2022-м. В 2025 году заказов стало еще меньше, а часть компаний вообще прекратила работу. На родине дорам, в Южной Корее, ситуация не менее тревожная.

Зато французский рынок на фоне общего спада держится на удивление уверенно. Здесь сериальное производство поддерживает государство — в частности, через Национальный центр кино и анимации при Министерстве культуры, который участвует в финансировании отрасли.

Между тем в Испании стриминги, напротив, чувствуют себя на удивление хорошо: Netflix обязался инвестировать в испанский рынок больше миллиарда евро в 2025–2028 годах. Это происходит благодаря сочетанию огромной аудитории за пределами страны и выгодных условий для производства. Сериал на испанском потенциально может рассчитывать на зрителей от Испании до Латинской Америки и США. После международного успеха «Бумажного дома» и «Элиты» страна начала целенаправленно развивать сериальное производство: ввела налоговые льготы, развила съемочную инфраструктуру, сформировала сильные профессиональные команды и создала условия, которые привлекают крупные международные инвестиции.

Если британская модель действительно начнет приходить в упадок, именно Испания может остаться одним из немногих крупных европейских рынков, где авторские премиальные сериалы не единичные исключения, а полноценный сегмент индустрии.

Большой сериальный бум стал коротким историческим моментом, когда телевидение, стриминги, большие деньги и культурный престиж вдруг начали действовать в одном направлении. Это не означает, что полностью исчезнут дорогие сериалы, снятые как десятичасовые фильмы. Сейчас закончены съемки первых двух сезонов «Гарри Поттера», каждый из которых, по слухам, стоил около 800 млн долл. — HBO официально бюджет еще не обнародовал. Просто рынок все четче делится на две производственные модели. Дорогих премиальных сериалов станет меньше, зато станет больше относительно недорогих проектов, рассчитанных на много сезонов.