Аутизм у взрослых: почему все больше людей подозревают его у себя

В последние годы тема аутизма все чаще выходит за рамки разговоров о детях. Многие взрослые начинают подмечать у себя особенности, характерные для расстройства аутистического спектра (РАС). Часто такие выводы базируются просто на результатах онлайн-тестов, но бывает, что взрослые люди, которые не понимают, «что со мной не так», обращаются и за официальной диагностикой.

Насколько сегодня популярно подозревать у себя аутизм, можно ли доверять интернет-тестам, почему аутизм у взрослых долгое время оставался "невидимым" диагнозом и с чем его часто путают, Коротко про рассказал психиатр Евгений Скрипник.

Если симптомы появились во взрослом возрасте – искать у себя аутизм не стоит

- Евгений, в последнее время все больше взрослых людей подозревают у себя аутизм, ищут в интернете тесты. Можно ли вообще доверять таким тестам и почему это происходит?

- Прежде всего, кто может заподозрить у себя аутизм? Например, человек разговаривает, функционирует, работает, но не любит общаться с людьми. То есть у него есть нарушения социального функционирования. Кроме того, могут быть перепады настроения, повышенная чувствительность к различным раздражителям: солнечному свету, яркому освещению, звукам, тактильным ощущениям. И человек замечает, что все это было у него с детства. 

Это не возникло внезапно в 22 года. Если симптомы появились в 22 или в 30 лет, а родители не помнят никаких особенностей у ребенка и говорят, что все было нормально, то искать аутизм не стоит. Аутизм развивается в детстве, фактически с рождения. Это нейроотличие.

- И как понять из своего детства, что звоночки были уже тогда?

- В детстве ребенок мог развиваться иначе. Могут отсутствовать указательные жесты, ребенок может не смотреть в глаза или избегать зрительного контакта. Затем появляются стимы - повторяющиеся действия. Ребенок может махать руками, кружиться вокруг своей оси, бегать по комнате, рассматривать игрушки под необычным углом.

Он может часами заниматься одним и тем же делом, скажем, собирать конструктор. Дети с аутизмом часто выстраивают игрушки в ряд или постоянно кладут вещи на одни и те же места. Если во взрослом возрасте человек рассказывает, что в детстве у него было нечто подобное - например, он раскачивался для успокоения и мог делать это по полчаса или часу, и при этом симптомы сохраняются, тогда мы действительно можем думать об аутизме.

- Можем думать или заподозрить. А как самостоятельно понять, точно ли у меня аутизм?

- Существуют тесты для самодиагностики, но они показывают только вероятность. Даже профессиональные тесты не показывают наличие аутизма как такового. Они предназначены для предварительной диагностики. Это скрининговые тесты. Если вы набираете высокие баллы - можно задуматься, заподозрить у себя аутизм и обратиться к психиатру для полноценной диагностики. На этом роль теста заканчивается.

В принципе, любой психиатр имеет право диагностировать аутизм у взрослого. Однако на практике все сложнее. Когда люди обращаются к нам, мы обычно направляем их на обследование ADOS-2 (специалист во время игры или беседы наблюдает за поведением, социальным взаимодействием и коммуникацией испытуемого. - Ред.) .

Я направляю пациентов на ADOS-2. Этот инструмент используется именно для диагностики аутизма у взрослых - для них предусмотрен отдельный, четвертый модуль. По результатам формируется предварительное заключение.

Но ADOS-2 - это тест для предварительной диагностики, и парадокс в том, что сам по себе он не может установить диагноз. После прохождения ADOS человек все равно идет к психиатру. Но и психиатр часто не может поставить диагноз без результатов ADOS-2.

В Украине тысячи пациентов с диагнозами шизофрении на самом деле имеют аутизм

- Однако в Украине есть проблема: не все психиатры признают, что аутизм бывает у взрослых. Многие до сих пор считают его исключительно детским диагнозом. Даже в старых классификациях болезней аутизм фактически рассматривался как детский.

- Но вряд ли ребенок «перерос» аутизм…

- К сожалению, когда дети с установленным аутизмом и инвалидностью достигали 18 лет и переходили во взрослую систему оформления инвалидности, мы были вынуждены менять диагноз. Сейчас мы уже можем ставить "аутизм", а раньше приходилось писать "шизофрения". Почему? Потому что аутизм отсутствовал в перечне заболеваний для установления инвалидности во взрослом возрасте. Не было диагноза "аутизм взрослого возраста". Поэтому мы писали "шизофрения". Если человек не разговаривал - ставили "умеренную умственную отсталость". Лично я, к сожалению, тоже был вынужден так поступать: другого выхода не было.

Если бы я написал взрослому диагноз "аутизм", медико-социальная экспертная комиссия просто не приняла бы документы и не дала бы человеку инвалидность. Поэтому в Украине тысячи пациентов с диагнозами шизофрении, умственной отсталости или органических расстройств личности на самом деле имеют аутизм - просто в документах указано другое.

- Получается, что официально ставить диагноз аутизма взрослым начали только недавно?

- Да, сейчас мы уже имеем на это право. Более того, инвалидность теперь тоже может оформляться именно по диагнозу "аутизм". Если говорить примерно, это стало возможным буквально последние два-три года. Раньше, к сожалению, такой возможности не было.

- Может быть, поэтому взрослые и стали проявлять особый интерес к этой теме?

- В том числе. Раньше все говорили только о детях: мол, есть детский аутизм, а у взрослых его не бывает. А потом взрослый приходит к психиатру с суицидальными мыслями, перепадами настроения, жалуется, что не хочет ни с кем общаться. Начинаем разбираться: а когда это началось? Оказывается, с самого детства. Нарушения присутствовали всегда. Человек не поддерживает диалог. И дело не в том, что он боится общаться. Ему просто так комфортно. Он предпочитает не общаться ни с кем. Мы обращаем на это внимание.

Также могут присутствовать необычный зрительный контакт, трудности с жестами и мимикой, сложности с пониманием невербальных сигналов других людей, нарушено распознавание эмоций. Когда мы видим такие симптомы и выясняем, что они сохраняются на протяжении всей жизни, тогда действительно можно говорить об аутизме.

- А ведь РАС может быть очень разным…

- Да, это спектр. Есть люди, которые вообще не разговаривают, могут иметь сопутствующую интеллектуальную недостаточность и нуждаются в постоянном уходе.

А есть те, кто входит в число самых богатых людей мира. Илон Маск тоже отличается от нейротипичных людей, но при этом живет, функционирует и успешно реализуется. Поэтому и говорят о спектре - диапазон проявлений невероятно широк.

Зачем вообще диагностировать у себя аутизм

- Как понять, у тебя аутизм, когда ты просто, например, не хочешь общаться с людьми, или депрессия?

- Исходя из моей практики, я рекомендовал бы обращаться не к одному, а к двум-трем психиатрам. Потому что таким пациентам очень часто ставят другие диагнозы. Например, нередко диагностируют депрессивное расстройство. Очень часто - тревожно-депрессивное. Но на самом деле у человека может быть аутизм: сниженное настроение, перепады, отсутствие желания общаться. Человек сидит дома, закрывает шторы, его раздражает свет. При аутизме может быть выраженная сенсорная чувствительность. 

Бывает, человек перевозбуждается от обилия впечатлений, общения, различных раздражителей. Человек буквально "выключается": может замолчать, смотреть в одну точку. Это называется сенсорной перегрузкой. Это может быть проявлением аутизма. 

Но окружающие думают: раз так - значит, нужно к психиатру. Психиатр спрашивает: "Что вас беспокоит?" Человек отвечает: "Ничего не интересно, нет настроения, нет сил". И специалист делает вывод: депрессия. Начинают лечить антидепрессантами. Хотя на самом деле это может быть особенностью аутизма.

Такие состояния не всегда поддаются медикаментозному лечению, потому что перепады настроения могут быть частью самого аутистического спектра.

- Получается, что аутизм очень легко спутать с чем-то другим - например, с депрессией или биполярным расстройством?

- Да. Но здесь важно понимать следующее. Когда мы думаем об аутизме у взрослого, я всегда обращаю внимание на одну особенность. Люди, у которых действительно есть аутизм, как правило, очень много читают об этом состоянии. 

И когда они приходят к нам, говорят примерно так: "Доктор, я много лет наблюдаюсь у разных специалистов, но сам подозреваю у себя аутизм. Никто раньше мне об этом не говорил, но я пришел к такому выводу. Потому что еще в пятом классе я не хотел общаться со сверстниками, сидел один за партой, мог часами перекладывать вещи, заниматься одним и тем же". То есть человек рассказывает о признаках, которые были у него с детства. И это уже наводит нас на определенные мысли.

Если человек узнает себя в описаниях аутизма, много лет изучает тему и приводит примеры из собственного детства - это действительно помогает врачам.

Конечно, сейчас есть проблема гипердиагностики, когда люди склонны приписывать себе различные расстройства. Но в случае с аутизмом главный аргумент - устойчивые проявления с детства.

Вместо лечения - психообразование и поведенческая терапия

- А если человеку уже во взрослом возрасте поставили диагноз "аутизм" - можно как-то лечиться? Нужно ли принимать препараты? Или задача скорее в том, чтобы научиться с этим жить?

- В таком случае одна из главных задач врача-психиатра - объяснить человеку, что с ним происходит, рассказать об особенностях его восприятия. Это называется психообразованием. 

Я бы сказал так: очень часто людям с аутизмом их собственный аутизм не мешает. Намного чаще он доставляет неудобства родителям, родственникам и окружающим. Поэтому именно они чаще пытаются что-то изменить.

Если говорить о так называемом высокофункциональном аутизме, или синдроме Аспергера (это старое название, которого уже нет в современных классификациях), - речь идет о людях, которые свободно разговаривают, имеют высокий интеллект и успешно функционируют в обществе. Эти особенности зачастую беспокоят их не так сильно.

Что касается лечения - аутизм не лечится. Это нейроотличие, а не заболевание в привычном смысле. Если человеку сложно понимать невербальные сигналы, эмоции других, особенности социального взаимодействия, тогда применяется психотерапия.

Человек учится лучше понимать свои эмоции и управлять ими - именно так это работает. Лекарств, которые могли бы вылечить аутизм, не существует. Аутизм не поддается медикаментозному лечению.

- То есть только психотерапия и обучение?

- Да. Существуют специальные поведенческие терапевты. Традиционно они работают с детьми, но сейчас все больше специалистов обучаются работе со взрослыми. Они помогают осваивать модели поведения, необходимые для жизни в обществе, которое в основном ориентировано на нейротипичных людей. Наше общество исторически устроено прежде всего для нейротипичных людей.

- Сегодня все чаще говорят, что людей с аутизмом становится больше. Одни связывают это с экологией и другими факторами. Что вы думаете?

- На самом деле, никто точно не знает, почему так происходит. При этом действительно складывается впечатление, что таких людей больше. Однако это связано не только с возможным ростом распространенности, но и с тем, что диагностика стала значительно лучше.

Если говорить о моем личном мнении: порой кажется, что мы наблюдаем своеобразную эволюцию человечества. Это люди, которым не так необходимо постоянное общение. Им нужен компьютер, программы, технологии.

Неслучайно многие люди с аутизмом имеют способности к математике, программированию. Среди IT-специалистов довольно много людей с аутизмом. Они способны часами сидеть на месте, работать за компьютером или в телефоне, думать, программировать, решать задачи. Им не нужно постоянное общение. Они чувствуют себя комфортно с самим с собой.

А люди, которые постоянно куда-то бегут, чаще попадают в опасные ситуации. У них выше риск травм и различных проблем в будущем. Люди с аутизмом чаще находятся дома, больше работают за компьютером и, возможно, в определенном смысле лучше адаптируются к будущему миру. Конечно, это только гипотеза. Но иногда мне действительно кажется именно так.

Согласно некоторым данным, аутизм диагностируется примерно у одного ребенка на 36 рождений. Еще два года назад говорили об одном случае на 100 детей, а сейчас - один на 36. С каждым годом таких диагнозов больше.

- Может ли это быть связано с возрастом родителей?

- Такая гипотеза существует, но это лишь одна из многих теорий. Поздний возраст родителей - один из факторов риска, как и в случае с некоторыми другими состояниями, например синдромом Дауна. Однако достоверно доказанной причины нет.

Мы видим аутизм и у детей очень молодых родителей - 18–20 лет. Рассматриваются самые разные версии: особенности течения беременности, осложнения во время родов, перенесенные заболевания. Но основной теорией все же остается наследственность. 

Например, ко мне приходит пациентка и говорит: "Доктор, у меня тревога, нестабильное настроение, я не хочу ни с кем общаться. Люди меня в принципе никогда особо не интересовали. Настроение часто плохое. Иногда появляются мысли, что не хочется жить".

Я спрашиваю: "А что с вашими детьми?" Она отвечает: "У моего сына диагностирован аутизм". Тогда я сразу задумываюсь: если у сына аутизм, вполне возможно, что он есть и у матери.

“Как психиатр, я считаю полезным любое обсуждение психических расстройств в социальных сетях”

- Я слышала мнение, что СДВГ тоже часто путают с аутизмом. Есть ли между ними связь?

- СДВГ - это тоже нейроотличие. Для синдрома дефицита внимания и гиперактивности характерны три основных компонента: невнимательность, импульсивность и гиперактивность. Такой человек с детства отличается выраженной невнимательностью. Часто говорят, что он "витает в облаках". У людей с СДВГ страдают исполнительные функции. Им трудно планировать свои действия, организовывать себя.

Например, человек может составить подробный план на завтра: встать утром, почистить зубы, поехать на встречу. Но он все равно забудет выполнить часть запланированного.

Даже если он запишет все в ежедневник, он может забыть в него заглянуть. А если вспомнит, что записал, то может забыть, куда положил ежедневник. Это больше похоже на СДВГ. Это другое состояние, хотя оно тоже относится к нейроотличиям. При этом СДВГ довольно часто сочетается с аутизмом. По разным данным, примерно в 30-50% случаев.

- То есть у одного человека могут одновременно быть и СДВГ, и аутизм?

- Да, вполне.

- Как специалист, как вы относитесь к тому, что люди начали активно искать у себя аутизм? В соцсетях сейчас очень много информации на эту тему. Это нормально или все-таки не очень хорошо?

- Как психиатр, я считаю полезным любое обсуждение психических расстройств в социальных сетях. Не только депрессии или тревоги, но и таких состояний, как аутизм и СДВГ, которые раньше практически не диагностировали, а теперь выявляют гораздо чаще.

Когда люди говорят об этом, делятся опытом, рассказывают о визитах к психиатру, обсуждают рекомендации - это хорошо. Любое обсуждение проблемы помогает ее решать. Когда о проблеме молчат, она никуда не исчезает.

Почему сейчас так много разговоров о психическом здоровье? Потому что раньше людям не позволяли открыто говорить об этом. Человек с психическим расстройством боялся рассказывать о своих проблемах. Он скрывался.

Людей с тяжелыми нарушениями - интеллектуальными расстройствами, шизофренией - часто помещали в интернаты, изолировали. Детей отправляли в специальные учреждения и старались не показывать. Сегодня ситуация изменилась. Такие люди живут дома, ходят в обычные школы, находятся в обществе. Поэтому я считаю это нормальным процессом.

Конечно, некоторые говорят: "А что, если человек решит, что у него аутизм, хотя его нет?" И что плохого в этом случае произойдет? Человек пойдет к психиатру, пройдет обследование, возможно, обратится еще к одному специалисту. В итоге получит профессиональную оценку своего состояния. На мой взгляд, это приносит больше пользы, чем вреда.

Гораздо хуже, если у человека действительно есть аутизм, ему тяжело, он не понимает, что происходит, пытается искать ответы где угодно, занимается самолечением или вообще остается без помощи. Пусть лучше человек заподозрит у себя аутизм и обратится к психиатру, чем останется без диагноза и понимания своего состояния.