Путин придумал новую тактику ударов по Украине: в чем заключается его подлый план

В Украине происходит военный парадокс: теперь военные с фронта звонят самым родным в тылу, чтобы спросить, все ли с ними хорошо. Все потому, что Путин изменил свою тактику атак и теперь пытается сделать украинские города непригодными для жизни.

Об этом пишет BBC.

Россия пытается сделать украинские города непригодными для жизни

«Сейчас о Киеве говорят как о городе на линии фронта. Фактически сейчас это так же опасно, если не опаснее, чем в городах, которые географически расположены на переднем крае войны», — говорит местный житель и аналитик Atlantic Council Питер Дикинсон.

В последние недели россияне ощутимо усилили ракетные и дроновые атаки на столицу и другие крупные города. Враг целенаправленно бьет по гражданским объектам: под ударом оказываются детские сады, учебные заведения, больницы, гостиницы, центры обработки данных, железная дорога и мосты.

Минобороны РФ цинично утверждает, что во всех этих гражданских сооружениях якобы производили или хранили оружие, а сами силы РФ бомбят лишь якобы объекты ВПК и военную инфраструктуру.

Но реальные цифры говорят об обратном. По данным омбудсмена Дмитрия Лубинца, только с января по август в результате российских атак погибли или получили ранения 15 280 мирных жителей, что на 55% больше по сравнению с этим же периодом в прошлом году.

Россияне бомбят города Украины с самого начала полномасштабной войны, но сейчас атаки существенно интенсифицировались. Наибольший прессинг испытывает Киев.

«Это огромная угроза жизни, но это также и невероятно деструктивно, поскольку означает, что школы не могут работать, бизнес не может функционировать, а в воздухе зависла атмосфера постоянной неопределенности», — отмечает аналитик.

Наиболее симптоматическим элементом этой эскалации стали прицельные удары по мостам через Днепр, которые соединяют два берега столицы, и которые Дикинсон называет «жизненно важными артериями города». Правый берег аккумулирует в себе правительственный квартал, деловую активность и ключевые компании, тогда как левый — это, прежде всего, масштабные жилищные массивы. Поскольку подземных тоннелей под рекой нет, весь многомиллионный ежедневный поток пассажиров и автомобилей держится только на этих мостах.

Дикинсон считает, что российские дроны вряд ли способны физически разрушить такие капитальные сооружения, как мосты, поэтому их цель парализовать их работу и заставить власть их перекрыть. О продуманности этих атак говорит и время их проведения.

«Если бы их задачей было просто уничтожение инфраструктуры, они могли бы легко сделать это поздно ночью или на рассвете… с тем же эффектом, но очевидно без риска для человеческих жизней. Но они этого не делают, они наносят удары буквально в часы пик», — отмечает он.

«Создается четкое впечатление, что это очень сознательная политика. Невозможно оправдать эти атаки, утверждая, что это сопутствующие убытки или что это были законные военные цели».

Владимир Зеленский в общении с журналистами Financial Times отметил, что поскольку Россия не смогла оккупировать Украину, теперь враг прибегает к массированным ударам и хочет, чтобы люди бежали из городов. С сентября правил больше нет.

Профессор Сент-Эндрюсского университета Филлипс О’Брайен считает, что план Путина состоит в том, чтобы сделать Украину максимально непригодной для жизни гражданского населения, особенно сейчас, когда приближается зима. Дополнительная цель — посеять такой страх, чтобы украинцы согласились на любые условия перемирия.

«В сухом остатке говорится об осуществлении такого политического давления на украинское правительство, чтобы оно согласилось на соглашение, которое удовлетворит прихоти России», — констатирует О’Брайен.

По наблюдениям Дикинсона, ключевой замысел этой кампании по вытеснению гражданских из городов — подорвать боевой дух общества. Он добавляет, что такими массированными атаками россияне хотят спровоцировать призывы гражданских украинцев к капитуляции.

«Это создает впечатление, будто правительство беспомощно и не способно защитить людей».

Однако враг преследует и трезвый экономический расчет. Если нет людей, то некому работать на заводах и изготовлять оружие, необходимое для обороны страны, объясняет Дикинсон. По оценке министра экономики и окружающей среды Александра Кравченко, каждый час простоя предприятий из-за тревог стоит стране около 45 миллионов долларов.

Еще один фактор активизации врага — банальная возможность это делать. Как считает Дикинсон, россияне давят просто «потому что могут». Поскольку россияне не имеют успехов на фронте, а внутренняя экономика испытывает давление, именно воздушные атаки воспринимаются Москвой как сфера, где враг надеется надавить.

Но в то же время эксперты сошлись во мнении, что это не стратегия государства, которое знает, что побеждает в войне. По мнению О’Брайена, Путин пойдет на все, чтобы достичь своей цели, кроме ядерного удара или массового применения химического оружия.

«Несколько раз думаешь перед употреблением слова „терроризм“, но, думаю, другого слова здесь не подберешь. Это чистая тактика террора… чтобы держать людей в беспокойстве, тревоге и напряжении. И она работает».

Как в Кремле комментируют идею энергетического перемирия

В то же время Министерство обороны РФ официально отчиталось об очередной массированной атаке в ночь на 14 октября на энергетическую инфраструктуру в Киеве, Киевской и Харьковской областях. В частности, по словам россиян, под удар попали дата-центр «УкрСиббанка», ТЭЦ-4, ТЭЦ-5 и ТЭЦ-6 в Киевской области, Харьковская ТЭЦ-5, Трипольская и Змиевская ТЭС, а также Киевская электроподстанция.

Свои атаки на гражданские энергетические объекты россияне традиционно оправдывают тем, что они обеспечивают электроэнергией предприятия военно-промышленного комплекса Украины, а не гражданское население.