"Ромочки больше нет": родители похоронили единственного сына под яблоней во дворе и прошли 25 км пешком под обстрелами

Сначала они похоронили сына, а теперь не могут получить справку о его смерти. Семья Донченко из Константиновки потеряла сына — его убил российский дрон. После похорон родители, несмотря на плохое состояние здоровья, решили эвакуироваться из опасной зоны. Но уже на более безопасной территории они столкнулись с проблемой оформления документов.

Об этом говорится в репортаже корреспондентки ТСН Валентины Доброты.

Супруги под обстрелом дронов выбрались из Константиновки

Это были самые тяжёлые 25 километров за всю их жизнь. Семь часов пешком с велосипедами в руках, под вражескими дронами, они шли на свой страх и риск.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Стреляют — надо бежать. Но для нас это уже не страшно. Насмотрелись всего: и разбитые машины, и тела… Мы молились у каждого человека. Велосипеды разбиты, машины — всё на свете».

Это история спасения. Людмила и Олег Донченко преодолели путь между Константиновкой и Дружковкой, который уже давно называют «дорогой смерти».

Эвакуированная Людмила Донченко: «Очень много стреляют, страшно из КАБ, дома горят… Сын погиб — единственный ребенок. Он заботился о нас, ездил в магазин на велосипеде».

А теперь родители пытаются преодолеть еще одно препятствие — бюрократические процедуры оформления документов.

Жизнь в осаде и гибель единственного сына

Уже полгода Людмила с мужем Олегом живут в Лозовой в Харьковской области — знакомые предоставили им жилье. Это тоже прифронтовый город, но после родной Донецкой области он воспринимается по-другому.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Это несопоставимо. Мы не боимся. Люди уже опасаются, начали уезжать, ну а мы пока держимся».

Людмила рассказывает: в родной Константиновке было страшно и опасно, но с эвакуацией затягивали из-за сына Романа. У него было большое хозяйство, и он не хотел уезжать.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Он мог сопровождать нас — двух инвалидов. Да и сам он с детства был болен, у него была эпилепсия, и мы не могли его оставить. Если бы он, может, был женат… Он говорил: «Мама, папа, уезжайте! Это скоро закончится, я верю. Я буду присматривать за домом, за квартирой»».

В их четырёхэтажном доме на тот момент, кроме них, жили ещё шестеро соседей — без воды, света и отопления.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Мы носили воду из колодца, жили в квартире. Муж поставил печку на кухне».

Сын жил отдельно, но каждый день навещал родителей. И когда однажды он не появился, отец пошёл его искать.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Когда муж пришел, он сел на пороге подъезда и не вставал… Пошел посмотреть, где ребенок. Вернулся и не вставал. Мне стало страшно, я спустилась вниз. А он плачет. Говорю: «Ромочки больше нет?». Он говорит: «Да. Я сейчас его понесу на руках… У него половина головы нет, это дрон, наверное, дрон». Это несправедливо, когда родители хоронят своих детей. Это несправедливо».

Сына похоронили под яблоней во дворе дома, где он жил. Родители сфотографировали место гибели и могилу.

Эвакуированная Людмила Донченко: «У нас есть все его документы: и паспорт, и код. Вот я их всё время держала при себе, близко к сердцу, чтобы с нами ничего не случилось, и мы вдвоём знали, какая это беда. И фотографии есть, а фотографии — это очень важно».

Юридические сложности: как подтвердить факт смерти в зоне боевых действий

Но они до сих пор не могут получить свидетельство о смерти, сетует Людмила. В Украине свидетельство о смерти выдают на основании медицинской справки. Если факт смерти невозможно подтвердить медицинскими документами (например, человек умер на временно оккупированной территории или погиб в зоне боевых действий или во время стихийного бедствия), основанием для регистрации является решение суда.

Эту процедуру во время военного положения упростили, говорит адвокат Михаил Ильяшев.

Адвокат Михаил Ильяшев: «Она стала более понятной, поскольку судами наработана значительная практика применения законодательства. Есть же теория — то есть то, что написано в законах, а есть затем правоприменительная практика: как суды толкуют эти нормы закона. И когда в Украине было, например, 50 дел о признании умершим в год, понятно, что практика была одна, и она была не очень распространенной, и мало таких дел доходило до Верховного Суда. На сегодняшний день, когда таких дел, я думаю, тысячи… Раньше это были единичные случаи, когда человек куда-то исчезал, его не могли найти, и эти дела были довольно длительными в судах».

Переехав в Лозовую, Людмила сразу обратилась в полицию, а затем — к бесплатным юристам, чтобы те помогли ей составить иск в суд для установления факта смерти сына Романа.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Ну вот, полтора месяца мы ждём, но, я говорю, ещё, может, неделю-две — и я уже сама буду звонить».

Но только после вмешательства ТСН было составлено исковое заявление. Директор Восточного межрегионального центра по оказанию бесплатной юридической помощи Анатолий Бородавка объясняет, что задержка была связана исключительно со сбором доказательств.

Директор Восточного межрегионального центра по оказанию бесплатной юридической помощи Анатолий Бородавка: «Собирали информацию о свидетелях, а также фотографии. Ну, конечно, суд же не может принимать решение на основании того, что были какие-то свидетели, но мы не можем назвать, кто это конкретно был. Должны быть определенные фактические обстоятельства, которые подтверждают и свидетельствуют о том, что это событие действительно имело место. Это оценивает суд. Понятно: чем больше будет фактических обстоятельств, подтверждающих это событие, тем лучше. Учитывая социальный статус заявительницы, она имеет право после получения свидетельства о смерти обратиться в органы Государственного пенсионного фонда для назначения пенсии в связи с потерей кормильца».

Роман был единственным сыном супругов, их надеждой и опорой. Его хозяйство — утки и гуси, которое, собственно, и позволяло семье оставаться в зоне боевых действий, — после смерти сына раздали людям.

Эвакуированная Людмила Донченко: «Конфет негде было достать. И всем, кто нам тогда помогал копать могилу, и всё… Это на поминальные дни мы всё раздавали. Этих гусей… Мы уже не могли на них смотреть. Просто это было очень больно».

Пошаговая инструкция: как оформить свидетельство о смерти, если человек погиб в зоне боевых действий

В ситуациях, с которыми столкнулась семья Донченко, юристы рекомендуют следовать следующему алгоритму:

1. Обращение в ГРАГС: Сначала необходимо обратиться в любой отдел Государственной регистрации актов гражданского состояния (ГРАГС) и получить официальный письменный отказ в регистрации смерти (в связи с отсутствием медицинского свидетельства).

2. Подача заявления в суд: Подать заявление об установлении факта смерти лица на территории, где введено военное положение или ведутся боевые действия, в любой местный суд Украины.

3. Сбор доказательств: К заявлению прилагаются фото- и видеофиксация места гибели/похоронов, показания свидетелей, документы погибшего и любые справки от полиции или военных.

4. Судебное рассмотрение: Законом предусмотрено, что такие дела суды должны рассматривать безотлагательно. Судебный сбор за подачу таких заявлений не уплачивается.

5. Получение документа: Решение суда об установлении факта смерти подлежит немедленному исполнению. С этим решением заявитель возвращается в ГРАГС и получает государственное свидетельство о смерти.

▶ На YouTube-канале ТСН можно посмотреть по этой ссылке:Преодолели «дорогу смерти», но застряли в бюрократии: трагическая история семьи из Донецкой области