Дипломатия без права на эмоции: почему Украина не может позволить себе потерять Америку

Украино-американские отношения переживают один из самых сложных кризисов за последние годы. И было бы ошибкой преуменьшать его масштабы. Ведь самую высокую цену за ухудшение стратегического партнерства с США платят не Вашингтон и Трамп, а Украина, наши люди, дети и военные.

Последние решения главы Белого дома об ослаблении применения санкционного закона Грэма вызывают понятное и обоснованное разочарование. Вместо ожидаемого усиления экономического давления на Россию Кремль получает дополнительный простор для маневра. Особенно опасно это выглядит на фоне продолжающегося российского террора против украинских городов и энергетической инфраструктуры.

Считаю, что Трамп делает отчаянную ставку на стратегию вовлечения, пытаясь склонить Путина к прекращению войны в первую очередь посредством договоренностей, а не принуждения. Сама идея рабочая, но мы уже проходили этот путь и знаем, к чему он привел.

Если ставка Трампа сработает, мы можем получить прекращение огня на гибридных условиях — без надежных гарантий того, что Россия не возобновит боевые действия.

Если же провалится, такая стратегия надолго уйдет на второй план в международной политике, а ее сторонники получат показательную прививку. Это станет серьезным аргументом против попыток других европейских столиц следовать подобному подходу. В частности, политические силы вроде «Национального объединения» Марин Ле Пен во Франции или «Альтернативы для Германии» потеряют один из ключевых аргументов в пользу политики сближения с Москвой: тезис о том, что с Путиным можно договориться не принуждая его менять свое поведение.

Провал стратегии вовлечения даст аргументы в пользу возвращения к стратегии давления — всерьез и надолго.

Учитывая сложность общего геополитического контекста, Украина не должна руководствоваться эмоциями и возмущением сегодняшнего дня, а должна мыслить стратегически.

Сложные переговоры требуют холодного расчета, умения слушать, понимания мотивации собеседника и способности видеть последствия на много шагов вперед. Чем сложнее партнер, тем выше должны быть требования к профессионализму украинской дипломатии. Не все мысли, даже справедливые, нужно высказывать публично. Особенно когда это может закрыть каналы переговоров или навредить конкретным оборонным договоренностям.

Не стоит путать дипломатическую сдержанность с политической слабостью. Мы можем оставаться принципиальными в отношении наших национальных интересов и в то же время избегать ненужной конфронтации.

Мы должны осознавать, что, несмотря на масштабную поддержку европейских партнеров, Европа пока не способна полностью заменить американские возможности в сфере противовоздушной обороны, разведки, военных технологий и критически важных вооружений. Следовательно, сохранение стратегических отношений с США — это не вопрос политических симпатий. Это вопрос национальной безопасности и сохранения человеческих жизней.

Именно поэтому меня беспокоит опасная тенденция персонализации отношений с Вашингтоном. Создается впечатление, что вместо кропотливой дипломатической работы мы все чаще рискуем оказаться в логике личного политического противостояния. Демонизация Трампа, как и создание негативного образа Соединенных Штатов в целом, работает против украинских национальных интересов.

Подобный подход уже нанес ущерб нашим отношениям с отдельными европейскими партнерами. Но переносить его на США было бы стратегической ошибкой совершенно иного масштаба.

Трамп — это не Орбан. А США — не то государство, поддержкой которого Украина может позволить себе пренебречь.

Не менее опасно связывать перспективы украино-американских отношений с результатами предстоящих промежуточных выборов в Конгресс. Независимо от их исхода президентом США останется Дональд Трамп. Даже если демократы получат большинство в одной или обеих палатах Конгресса, ключевые внешнеполитические решения и в дальнейшем будут в значительной степени зависеть от Белого дома. Поэтому расчет на его политическое ослабление вместо поиска взаимопонимания с действующей администрацией крайне рискован.

В то же время двухпартийная поддержка Украины в Конгрессе остается чрезвычайно важным ресурсом. Несмотря на решение Белого дома, реакция американских законодателей показала, что Украина сохраняет поддержку среди обеих партий. Наша задача — сохранить Украину как общий стратегический интерес американских партий. Нельзя превращать поддержку Украины в вопрос партийного противостояния внутри США.

Что делать?

Во-первых, возобновлять полноценный стратегический диалог с Белым домом, системно работать с обеими партиями в Конгрессе и обеспечивать непрерывное практическое взаимодействие между оборонными ведомствами и ведомствами безопасности.

В отношениях с Соединенными Штатами необходимо вернуться к системной, институциональной дипломатии, которая не сводится к телефонным разговорам и личным встречам президентов. Когда-то между Украиной и США действовала целая сеть рабочих механизмов, в частности Комиссия стратегического партнерства, ее профильные рабочие группы и другие двусторонние форматы. В 2018 году например, в рамках Комиссии были созданы рабочие группы по вопросам безопасности и противодействия российской агрессии, верховенства права и гуманитарных вопросов, экономики и энергетики. А в 2021 году стороны договорились возобновить работу Комиссии и усилить ее роль. Где сегодня эти механизмы? Почему мы не используем их в полную силу? Пора наконец назначить посла Украины в США. Как профессионал я не принимаю аргументы, что якобы стоит дождаться выборов и дальше определяться с кандидатурой посла. Украине нужны постоянные каналы взаимодействия с Государственным департаментом, Конгрессом, Пентагоном, Министерством финансов и другими американскими институциями. Необходимо регулярно обсуждать санкционную политику, военную помощь, совместное оборонное производство, энергетическую безопасность и долгосрочные гарантии для Украины. Нельзя, чтобы стратегическое партнерство двух государств зависело исключительно от настроений, политических заявлений или договоренностей на самом высоком уровне. Личный диалог президентов важен, но он должен опираться на системную работу министерств, парламентов, разведок, экспертов, профильных учреждений, аналитических центров, гражданского общества, медиа, диаспоры.

Во-вторых, решение Трампа создает дополнительную ответственность для Евросоюза. Если уступки агрессору начнут восприниматься как инструмент решения экономических проблем, это создаст опасный прецедент для европейских популистов и политических сил, ориентированных на Москву. ЕС необходимо сохранить санкции, усилить борьбу с их обходом, использовать «замороженные» российские активы в пользу Украины и наращивать собственное оборонное производство. Справедливый и прочный мир возможен только тогда, когда цена продолжения войны для Путина станет выше цены ее прекращения. Европа должна продемонстрировать стратегическую зрелость и не допустить, чтобы экономические трудности или выходки Трампа стали оправданием для умиротворения агрессора. Нам нужна более сильная Европа вместе с Соединенными Штатами, а не Европа вместо Соединенных Штатов.

Наконец пришло время убеждать Вашингтон отказаться от традиционной логики дозированной поддержки Украины — помогать настолько, чтобы она не проиграла, но недостаточно, чтобы обеспечить стратегический успех. На мой взгляд, в этом заключается одна из фундаментальных проблем наших отношений с США. Американская помощь была и остается критически важной. Но ее масштабы и ограничения не всегда соответствовали реальным потребностям Украины. Задача нашей дипломатии — менять эти расчеты, доказывая, что победа Украины и поражение агрессивных планов Путина отвечают долгосрочным интересам самих Соединенных Штатов. В этом контексте хотелось бы поинтересоваться состоянием реализации прорывного и исторического «соглашения о полезных ископаемых» и его потенциалом для оздоровления украино-американских отношений в этих сложных условиях.

Сегодня Украине нужно стиснуть зубы, унять эмоции и продемонстрировать максимальный дипломатический профессионализм.

Мы должны бороться не с американским президентом, а за американскую поддержку Украины. Президенты меняются, а жизненно важное партнерство между нашими народами остается.

В этот решающий момент Евросоюз должен сохранить санкции, Конгресс — двухпартийную поддержку, а украинская дипломатия — диалог с Белым домом и эффективную трансатлантическую координацию.

Ведь главный критерий эффективности нашей дипломатии — не количество громких заявлений и аплодисментов, а способность защитить украинские города достаточными средствами ПВО, получить надежную разведывательную информацию для наших воинов, сохранить человеческие жизни и двигаться к справедливому и устойчивому миру.