«Это был последний шанс»: спасенный дроном боец Константин Власенко рассказал, как отрезал себе ногу и пролетел 62 км над фронтом

49-летний военнослужащий Константин Власенко, который на днях впервые в мировой военной истории был эвакуирован с позиции с помощью гексакоптера, в интервью для ТСН.ua рассказал о том, чем планирует заняться в ближайшем будущем, какими для него были 10 месяцев на боевой позиции и как несколько лет назад, как он сказал, «клянчил повестку» у ТЦК, чтобы пойти защищать Украину. Кроме этого, как известно, история этого защитника поражает тем, что на боевой позиции он был вынужден ампутировать себе ножом собственноручно часть ноги, другая нога, по его словам, сама отгнила. Несмотря на это, Константин совершенно серьезно не исключает, что после реабилитации будет либо волонтерить, либо вернется на службу в какую-либо тыловую часть.

«Во-первых, за два с половиной года службы очень хочу увидеть свою семью. Кроме того, я пропустил свадьбу своей дочери из-за того, что находился на позиции. Очень хочу обнять и поцеловать свою дочь. Очень хочу познакомиться с ее мужем», — говорит Константин.

«Все сейчас мне предлагают помощь, спрашивают об этом. Но я не такой человек, что буду что-то клянчить, упрашивать. Возможно, что-то и есть необходимое, но это обстоятельство мне не мешает», — добавляет он.

Эвакуация воздухом: что чувствовал Власенко

По словам героя, в тот момент, когда он закреплялся на прилетевшем его спасать БПЛА, было лишь одно ощущение: «Это — последний шанс. Надо хвататься за эту ниточку, другой не будет. Я отказывался от того, чтобы кто-то шел меня забирать, чтобы ребята не погибли».

О своей позиции, где он выполнял боевые задания, Константин рассказывает следующим образом: «Бетонная дренажная труба пролегала под дорогой. Когда ее затопило, я сделал откат. Потом находился в разбитом здании, там впоследствии погиб мой побратим. Затем нашел новое укрытие. Левая нога в то время у меня была ранена, а правая — вывихнута. Я на нее наступал, но не чувствовал ее. Новое укрытие нашел в котельной. Там меня бомбили, там я отрезал себе ногу».

На вопрос о том, что именно его поддерживало, Константин ответил так: «Многое не сделал для дочери. Отец пропустил выпускной, отец пропустил свадьбу. Из-за войны. Что еще поддерживало? Положа руку на сердце, скажу так: я же не выйду из позиции, сказав, ну все, я пошел домой. Когда я шел на войну, я знал, куда я иду. Я остался один — надо было извещать своих ребят, командование о том, когда слышу вражескую технику, чтобы все знали. Для подзарядки мне скидывали павербанки, скидывали еду, воду, вещи. Потом наши FPV залетали прямо ко мне в укрытие, я их отключал, складывал, отключал от них батарею, чтобы заряжать рацию».

По мнению Константина, после его эвакуации воздухом стопроцентно ошеломлены и враги.

«Когда они мне предлагали сдаться в плен, я ответил им: «Русский военный корабль, иди на…й». Сейчас надеюсь на то, как говорит наш знаменитый Мадяр (командующий Силами беспилотных систем ВСУ — Ред.), что черви уже в земле, что их уже нет. А вот самого себя я спрашиваю о том, верю ли я в то, что жив, что я в тылу, ведь я мог выйти оттуда тогда, когда закончится война. Другого я не ожидал. Но, как видите, ребята спасли. Кем я вижу себя в будущем? В следующем году я стану пенсионером. Жена говорит мне, что достаточно служить, что надо сидеть дома. Если не получится сидеть дома, вернусь к ребятам, на тыловую работу. Рассматриваю такой вариант. Может, буду волонтерить», — говорит Константин Власенко.

О том, как он попал на службу, Константин рассказывает отдельно: «Меня не хотели брать, потому что у меня была и бронь, и раньше я не служил. Я был не интересен военкомату. В 2022 году, все мы помним, какие были очереди. Я искал связей, чтобы без очереди… Я не мог сутками стоять в очереди, потому что нужно было идти на работу».

Как спасали Константина Власенко: подробности

Детали того, как впервые в истории войн раненого бойца эвакуировали воздушным путем с помощью БПЛА — об этом рассказали в оборонной компании-производителе Gurzuf Defence.

«Операция, которую раньше никто не проводил. Без готовых протоколов, без опыта, без права на ошибку. Чрезвычайно сложная, рискованная, но необходимая. Для этой беспрецедентной миссии военные избрали наш тяжелый гексакоптер Heavy Shot «АЮДАГ 6». Сначала раненому доставили специальное снаряжение с карабинами, а затем отправили сам борт, оборудованный лебедкой. По указаниям непрерывно бывших на связи побратимов боец самостоятельно закрепился на эвакуационной системе. Так начался самый ответственный этап — полет с человеком», — говорится в сообщении компании.

Ее представители в комментарии для ТСН.ua уточнили, что высота полета гексакоптера была на уровне до 150 метров. Дрон провел в воздухе 1 час 14 минут и 36 секунд, преодолев 62 километра.

«Мы никогда не ставили своей целью создать чисто эвакуационный борт — мы создали тяжелую модульную многозадачную платформу. Конечно, мы всегда понимали, что дрон с такой грузоподъемностью должен быть способен выполнять и спасательные миссии. В то же время, мы не считаем, что воздушная эвакуация может стать серийной историей. Когда я слышу о тысячах таких миссий или о том, что дроны позволят массово укладываться в «золотой час», — это пока больше отсылает нас к Рэю Брэдбери или Станиславу Лему. Риски для раненого в небе слишком высоки. Каждая такая миссия — уникальная операция, которую нужно отдельно готовить под конкретную ситуацию на конкретном участке фронта. Воздушный путь — это крайний вариант, когда другого шанса спасти человека уже не остается. Мы сделаем все, чтобы каждый HEAVY SHOT «АЮДАГ 6» был способен в нужный момент помочь спасти жизнь наших людей», — говорит соучредитель Gurzuf Defence Павел Фельдблюм.