The Economist раскрыл подробности предложений США по мирному плану для Украины и России

Отношения между Украиной и США становятся всё более напряжёнными. В то же время администрация американского президента Дональда Трампа пытается активизировать переговоры о мирном соглашении между Украиной и РФ, пишет The Economist.

По словам собеседника издания в правительстве США, Трамп своими последними шагами не пытается заставить Украину капитулировать, а является жертвой “успешной информационной операции” РФ. Глава Белого дома обеспокоен неблагоприятными для него и республиканцев результатами социологических опросов накануне промежуточных выборов, которые могут изменить баланс сил в Конгрессе США.

Посланцы Трампа — Стив Уиткофф и Джаред Кушнер — ошибочно считают мотивы российского диктатора Владимира Путина экономическими и территориальными, а не националистическими. Именно это делает Уиткоффа и Кушнера уязвимыми для российских манипуляций.

Давление со стороны Вашингтона совпадает с попытками как можно быстрее возобновить переговоры о несбалансированном мирном соглашении. Украинские чиновники не располагают полной информацией о последних предложениях, но общая схема им хорошо знакома, отмечает издание:

• создание демилитаризованной зоны на Донбассе;

• экономическая часть предложений предусматривает возможность для России заключать бизнес-сделки с американскими компаниями, а также ослабление санкций и нормализацию политических отношений с Москвой;

• Украина может получить инвестиционный пакет и членство в ЕС в обмен на отказ от вступления в НАТО;

• предложения также предусматривают возможность возобновления поставок российского газа в Европу и работы "Северного потока".

Между тем Россия не демонстрирует склонности к миру, продолжая обстрелы энергетических объектов Украины в преддверии зимы. Москва, скорее всего, попытается затянуть процесс, рассчитывая получить уступки, в частности отмену санкций.

Один из украинских чиновников выразил опасение, что для отдельных участников переговоров экономические интересы могут оказаться важнее достижения устойчивого мира. Украинские переговорщики опасаются, что посланцы Трампа заключат выгодные соглашения с РФ ещё до того, как будут определены приемлемые для Украины условия завершения войны и гарантии безопасности.

"С их точки зрения, зачем ждать и терять время? Время — это деньги", — отметил украинский чиновник.

Решение Вашингтона ограничить работу Starlink могло показаться дипломатическим предупреждением, однако Украина ощутила последствия на поле боя. В то же время никто в администрации Трампа не спешит признавать, что принял это решение. Однако для Путина это стало кульминацией двух удачных недель: Трамп заключил дизельное соглашение с РФ, а также отложил введение новых санкций против России по закону Грэма.

Заявления Зеленского, критиковавшего президента США за “слабые решения”, вероятно, основывались на предположении, что потенциальное поражение республиканцев на промежуточных выборах ослабит позиции Трампа. Однако такое предположение может оказаться ошибочным. Чем активнее демократы будут проводить расследования против Трампа, если отвоюют контроль над Конгрессом, тем агрессивнее он может вести себя, а это не будет способствовать интересам Украины, сказал изданию один из конгрессменов.

Обозреватель Дэвид Игнатиус в статье для WP писал, что Путин демонстрирует открытость к диалогу, но не идет на уступки. Несмотря на обнадеживающие заявления после встречи Уиткоффа с Путиным в Санкт-Петербурге, есть опасения, что российский диктатор может просто тянуть время, намекая на уступки, на которые он на самом деле не готов пойти.

Издание Wall Street Journal сообщало, что Путин предложилпровести встречу с участием президента США и лидера Китая Си Цзиньпина, чтобы обсудить Украину и добиться соглашения о завершении войны на условиях, выгодных для Москвы. Редакционная коллегия WSJпредупреждала о рисках нового глобального триумвирата Трампа, Си и Путина. Любая встреча этих трех лидеров, на которой они будут пытаться диктовать судьбу Украины, станет ошибкой и может создать предпосылки для более масштабного конфликта.