The Atlantic: «То, что вы увидите из Олешок, — ложь»

Россия допустит в оккупированные Олешки в Херсонской области избранных журналистов из США, поддерживающих администрацию Трампа, а большинство украинских и независимых иностранных представителей прессы туда не пустит. Режим тишины действует с 27 октября, эвакуация жителей должна начаться 29 октября. Такая поездка под российским сопровождением даст Москве возможность представить себя спасителем, а не виновником катастрофы, написала в The Atlantic журналистка Зарина Забриски, которая с 2023 года работает в Херсоне.

Правоконсервативный американский телеканал Newsmax сообщил, что получил «эксклюзивный телевизионный доступ», чтобы сопровождать в Олешки делегацию российских и украинских представителей. По данным осведомлённых источников, которые просили не называть их имена, поскольку не уполномочены общаться с прессой, на месте будет работать и Fox News. В одном из российских Telegram-каналов предполагают, что в город также отправится ведущий Такер Карлсон. Большинство украинских и независимых международных журналистов в Олешки не допустят.

Скорее всего, журналисты и блогеры несколько часов будут снимать, как российские военные раздают еду, помогают пожилым людям и содействуют эвакуации. Интервью разрешат только под присмотром и только с заранее отобранными гражданскими лицами. Жители зависят от оккупационных властей в вопросах питания, медицинской помощи и разрешения на выезд, поэтому в присутствии военных свободно говорить не будут. Даже если попытаются, их слова пройдут через переводчиков, которых предоставляет Кремль.

После месяцев лишений даже базовую помощь люди воспринимают как щедрый жест. Внезапно предложив еду и эвакуацию, оккупационные власти воспользуются этой зависимостью, чтобы повлиять на гражданских украинцев и международное мнение.

Украина согласилась на условия эвакуации, чтобы спасти жизни, и по этой же причине будет соблюдать оперативное молчание. Аккредитовав только Newsmax и другие идеологически близкие издания, Россия дала понять, что хочет контролировать, как Олешки покажут миру. Участие нескольких одобренных СМИ будут выдавать за объективное освещение.

Олешки расположены на левом берегу Днепра напротив Херсона, который контролирует Украина. Россияне атакуют оттуда Херсон и прикрываются присутствием гражданских лиц. До начала полномасштабного вторжения в городе проживало 24 тыс. человек, сейчас там осталось менее 2 тыс. Олешки фактически находятся в осаде с декабря 2025 года.

По данным американского Института изучения войны, оккупационные власти неоднократно препятствовали эвакуации из города и доставке помощи. Регулярные поставки прекратились в конце прошлого года, а еда и лекарства не поступали обычными путями с мая. Олешки оказались под «дроновой осадой»: беспилотники следят за всеми подъездными дорогами, улицами и передвижениями гражданских лиц и дистанционно минируют их, чтобы ограничить логистику. Украинские военные вынуждены доставлять еду с помощью дронов.

Забриски написала колонку на основе свидетельств эвакуированных, контактов на оккупированной территории, официальных данных и проверенных военных видео. Одной из её собеседниц стала Людмила, которая уехала из Олешек весной и просила называть только имя, чтобы не подвергать опасности родных. Четыре года она провела в оккупации.

В июне 2023 года город накрыло наводнением после подрыва Каховской ГЭС. Её муж Андрей заболел, а скорая в их район уже не ездила, поэтому Людмила отвезла его в больницу на тачке. Там не было ни лекарств, ни топлива для генератора, и операцию сделать не смогли. Андрей умер в 2025 году.

«Олешки — это искусственно созданный ад посреди цивилизованного мира», — написала Людмила автору. О нынешних условиях она знает от тех, кто остался: собирать припасы уже невозможно. «Внизу лежат мины, наверху кружат дроны. Смерть повсюду: под ногами и над головой», — добавила она.

Украина и Россия договорились о перемирии в Олешках 23 октября, сообщили в Белом доме. Режим тишины продлится до 1 ноября, и его территорию расширили за пределы города, чтобы гуманитарные конвои могли безопасно проехать. Первые 30 часов режима тишины прошли без единого инцидента.